— Подержи-ка, Рэй! Мне надо ответить на звонок.
Я хотел сказать, что спешу, но услышал, что где-то там, в ресторане, звонит телефон. Тони с Кржеминьским исчезли, а я остался стоять на тротуаре с кружкой кофе в руках. А телефон продолжал звонить, звонить, звонить. И я проснулся.
Часы показывали три ночи.
— Алло! — прохрипел я.
— Слушай, Рэй! — раздался в трубке голос Эдди Пасторы. — Морская прогулка отменяется!
— Что? Что отменяется? — не понял я спросонья.
— Наша встреча с нимфой «Калипсо», — прошипел Пастора.
С некоторым опозданием до меня стал доходить смысл сказанного.
— Что случилось, черт побери?
— Сегодня ночью полиция похватала всех ребят, — выдал новость Эдди. — Всех! Арестовали даже Зару!
— Какую еще Зару?
— Ну Зару! Девчонку, которая помогала на «Мирабелле»! Она-то уж точно ни при чем. В общем, уйти удалось только мне и Руни, да и то случайно.
— Я не понимаю, почему вдруг полиция… — начал я.
— Нас кто-то сдал, Рэй! — перебил меня Пастора. — Это была хорошо спланированная операция! Они знали все адреса, имена. Все! Но самое плохое не это.
— А что?
— Кто-то подбросил оружие на «Мирабеллу».
Дело принимало скверный оборот.
— И что же, полиция думает, вы собирались делать? Свергнуть правительство?
— Нет, наши планы так далеко не шли, — саркастически заметил Эдди. — Мы готовили пиратское нападение на торговое судно.
— Эдди! Поклянись, что вы не собирались брать оружие на свидание с «Калипсо»!
— За кого ты меня принимаешь? — вскинулся Пастора. — Ты сам слышал, я сказал парням: никакого оружия! Это должна была быть сугубо ненасильственная акция!
— Ладно, не кипятись, Эдди! Я тебе верю. Но откуда они узнали?
— Хороший вопрос, Рэй!
— Не мог кто-нибудь из твоих проболтаться?
— Не знаю… Не думаю.
— Что будет с твоими ребятами? — спросил я.
Эдди помолчал секунду.
— Надеюсь, ничего плохого, — сказал он. — Думаю, через несколько дней их отпустят.
«Что будет со всеми нами через несколько дней?» — с тревогой подумал я, а потом спросил:
— Ты сам-то как?
— За меня не беспокойся! — хохотнул Эдди. — Мне не впервой прятаться от копов.
— Если тебе нужны деньги…
— Спасибо, Рэй, но лучше нам некоторое время не общаться. Это лучше и для тебя! Когда все немного уляжется, я тебя найду! — И Эдди дал отбой.
Рэй получает привет от господина Фун Чао
На следующее утро позвонил помощник Фуна.
— Не могли бы вы заехать в «Золотой дракон», мистер Винавер? — спросил он. — Господин Фун Чао оставил для вас послание. Он очень сожалеет, что не может вручить письмо вам лично, но неотложные дела заставили его уехать с Барбадоссы на несколько дней.
Мне хорошо запомнился этот визит в ставку китайского магната. Когда я подъехал к «Золотому дракону», то сразу заметил, что заведение выглядит не так, как обычно. Вывеска не горела, а широкие окна были завешены большими кусками серой материи. Но еще больше меня поразил вид ресторана внутри — ни столов, ни белоснежных скатертей, ни серебра, ни хрусталя. Единственным напоминанием о старом «Золотом драконе» был запах можжевельника, все еще витавший в воздухе. Помощник Фуна ждал меня в большом зале.
— Вы решили поменять интерьер, господин…? — спросил я.
— Господин Ли, — сказал молодой человек совершенно бесцветным голосом. — Нет, мистер Винавер, мы закрываемся.
— Закрываетесь? — Я не мог сдержать удивления. — Но почему?
Вместо ответа Ли выдавил из себя некоторое подобие улыбки.
И тут меня осенило!
— А другие ваши предприятия, мистер Ли? Вы тоже их закрываете?
— Да, их мы тоже закрываем, — кивнул китаец.
Я все понял. Могущественный Фун решил бежать, он просто-напросто уносил ноги! И это было страшно, потому что подтверждало самые мрачные догадки — в ближайшее время Барбадосса должна была полететь в тартарары. «Он умывет руки», — мелькнула у меня мысль.
— Вам не жаль покидать Барбадоссу?
Ли задумался.
— Ничто не может оставаться неизменным неопределенно долго, — наконец проговорил он. — Мы все куда-то движемся.
— Без сомнения. Вопрос только — куда?
— Председателю Мао приписывают высказывание: «Перспективы светлые, товарищи, но путь извилист».
— Хочется в это верить — в то, что перспективы все-таки светлые.
— Господин Фун Чао попросил меня передать вам кое-что.
Ли вынул из внутреннего кармана пиджака обычный почтовый конверт и протянул его мне. Я взял конверт — слишком тонкий для пачки денег, но слишком толстый для прощальной записки от Фуна. Внутри лежали два авиабилета первого класса до Майами с открытой датой.