— Могу я войти?
— Ваше имя, сэр?
— Винавер. Рэй Винавер.
— У вас есть документы?
Это был неожиданный поворот. Я, честно говоря, не ожидал, что у меня могут потребовать какие-то документы.
— Права, у меня есть водительские права, — сказал я, доставая из кармана пластиковую карточку.
Охранник внимательно изучил документ и вернул его мне:
— К сожалению, сэр, я не могу вас впустить.
— Почему?
— Вас нет в списке.
— В каком еще списке?
— В списке лиц, имеющих право находиться на площадке.
— Это довольно странно, я директор компании «Конверс Литиум». — Я ткнул пальцем в табличку на воротах. — И хотел бы осмотреть место проведения работ.
— Мне очень жаль, сэр, но у меня нет никаких инструкций на ваш счет.
— Вот как? А от кого вы получаете инструкции?
— От мистера Мендосы.
— Кто такой мистер Мендоса?
— Он руководит работами.
— Отлично! Могу я видеть мистера Мендосу?
— К сожалению, нет, сэр. Он уехал.
— А когда вернется?
— Мне это не известно, сэр.
Меня явно посылали к чертовой матери, но я не хотел так сразу сдаваться.
— Перед тем, как вы, то есть мы, начали тут копать, здесь работала научная экспедиция. У них было кое-какое оборудование. Куда оно делось?
— Я ничего про это не знаю, сэр, — мотнул головой охранник.
— Это важно, — сказал я с нажимом. — Если с этим оборудованием что-то случилось, нам могут предъявить претензии. Вы понимаете? Иск. Ущерб.
Парень в камуфляже стоял как истукан, было видно, что ему все это совсем неинтересно. И у меня появилось предчувствие, что Тадеуш Кржеминьский больше никогда не увидит своих образцов. Ну ладно, я хотя бы попытался что-то узнать.
— Хорошо, как я могу связаться с мистером Мендосой? — спросил я.
— Оставьте ваши контакты, сэр, — сказал охранник после короткой заминки.
Я вынул из кармана визитку и протянул ее неприветливому стражу через металлические прутья ворот. Тот мельком взглянул на нее и сунул в нагрудный карман. Аудиенция, судя по всему, была окончена.
— Хорошего дня! — махнул я рукой охраннику.
Детина ничего не ответил. Я развернулся и хотел было уже идти, но на секунду задержался.
— Простите, а как вас зовут? — спросил я. — А то как-то невежливо с моей стороны получается.
По лицу этого робота пробежала легкая тень сомнения, очевидно, у него не было инструкций на этот случай.
— Меня зовут Владимир, сэр, — произнес он после короткой паузы.
— Владимир? Это славянское имя, если не ошибаюсь. А откуда вы родом?
Снова последовала пауза.
— Я из Сербии, сэр.
«Ах, из Сербии? Далеко же тебя занесло, — подумал я, — если, конечно, ты не врешь».
— Ну что же, всего хорошего, Владимир!
Рэй встречает на горе Кингсли Мамиса
Я стал спускаться к выезду на грунтовую дорогу. Настроение у меня было так себе, я чувствовал себя как оплеванный. Конечно, с самого начала было понятно, что у меня в этом спектакле роль второго плана, если не третьего. И все же я не думал, что подвергнусь такому унижению. А что я теперь скажу Кржеминьскому? «Извините, Тадеуш, но меня, директора этой гребаной компании, даже на порог не пустили?» Хорошенькое дело!
Когда я вышел к тому месту, где просека соединялась с дорогой, то увидел, что рядом с моим видавшим виды «субару» стоит новенький белый «Шевроле-Тахо» с дипломатическими номерами. Рядом, опершись на крыло, курил экономический советник посольства США Кингсли Мамис собственной персоной. Завидев меня, он широко улыбнулся.
— Привет, Рэй! — сказал он, втаптывая окурок в землю. — Как поживаете?
— Отлично! — ответил я. — А вы здесь как оказались?
— Да вот ехал, вижу, стоит ваша машина, — сообщил Мамис, — решил подождать.
Появление Мамиса на Мауна-Браво выглядело довольно подозрительно. Дорога, по которой мы оба приехали из Сент-Джорджеса, поднималась еще метров на двести и заканчивалась тупиком. Когда-то, лет десять назад, одна британская фирма собиралась строить на вулкане экоотель, но по каким-то причинам проект не состоялся, и теперь на склоне тихо ржавели и зарастали травой брошенные металлоконструкции. Делать там нормальному человеку было решительно нечего. А значит, Мамис, как и я, приехал посмотреть на стройплощадку «Конверс Литиум». Другого объяснения просто быть не могло.
— А что это здесь такое происходит? — спросил Мамис, показывая на просеку, по которой я спустился. — Что-то строят?