— Не волнуйтесь, — сказал Андрада, перехватив мой взгляд, — они обычно не начинают точно в назначенное время.
Преодолев полицейский кордон, мы направились в зал заседаний. Я с любопытством глазел по сторонам, до этого мне довелось быть в окружном суде лишь однажды — в качестве свидетеля по делу о нанесении ущерба общественному имуществу. Вскоре после того, как я открыл магазин, неподалеку от меня, на пересечении Берроуз-стрит и Кавендиш-драйв, случилась авария: водитель не справился с управлением, выехал на тротуар и снес паркомат. К счастью, никто тогда не пострадал.
Андрада шел по судебным коридорам быстро и уверенно, и спустя несколько минут мы были на месте. В первый раз, когда я был свидетелем, мне отвели место на задней скамье, ближе к выходу. Теперь же мы с адвокатом уселись впереди — прямо перед подиумом, на котором должен был восседать судья. Андрада оказался прав — начало заседания задерживалось. В зале, кроме судейских, прокурора и нас с Андрадой, никого не было.
Андрада кивнул в сторону соседнего стола, за которым сидел прокурор — смуглый седоватый мужчина, похожий на индийца.
— Это Лакшман Сингх, заместитель окружного прокурора, — шепнул мне адвокат. — Вы с ними не знакомы?
— Имя слышал, но лично не встречался, — ответил я.
Открылась боковая дверь, и охранник ввел в зал Ивана Гречко. Он был в той же одежде, в какой его скрутили в клубе «Вирджинс». Пиджак, рубашка и брюки утратили свежесть и были сильно помяты, но все равно смотрелись на профессоре очень неплохо. Я мысленно поблагодарил хозяйку «Вагабонда». Сам профессор отнюдь не выглядел подавленным. Он обвел взглядом зал и, увидев меня, заулыбался и стал махать мне рукой. Охранник наклонился к нему и что-то сказал. Гречко посмотрел на него своим детским взглядом и сложил руки на коленях, как прилежный ученик. При этом он не переставал улыбаться. Я улыбнулся ему в ответ и показал сжатый кулак — держитесь, мол!
В зал вошел секретарь и зычным голосом объявил:
— Всем встать! Суд идет! Председательствует окружной судья Джарвис.
Все поднялись. Судья Джарвис, крупный темнокожий мужчина в белом парике и мантии, занял председательское кресло и жестом велел всем садиться. Заседание началось.
— Прошу вас, начинайте, мистер Сингх, — сказал судья.
— Подозреваемый мистер Иван Грет… — Прокурор на секунду запнулся. — Гречко был задержан полицией Сент-Джорджеса по подозрению в незаконном пересечении границы и использовании подложных документов.
Я бросил взгляд на профессора — тот с интересом разглядывал лепнину на потолке зала заседаний. Слова прокурора, похоже, не произвели на него никакого впечатления, впрочем, возможно, он не все понимал. Гречко чем-то напоминал школьника, которого вызвали в кабинет директора школы за мелкую провинность.
— Мистер Сингх, какие основания были у полиции Сент-Джорджеса подозревать, что мистер Гречко не тот, за кого себя выдает? — спросил судья Джарвис.
— Ваша честь, это конфиденциальная информация. Мне бы не хотелось оглашать ее сейчас.
Судья Джарвис взглянул на прокурора, как мне показалось, с некоторым скепсисом. Он поманил к себе Сингха и Андраду:
— Прошу вас подойти ко мне, господа.
Несколько минут эти трое шушукались возле судейского стола. Я изо всех пытался разобрать, что они говорят, но до меня долетали только отдельные слова: свидетель, ошибка, показания, осложнения. Потом обвинитель и защитник вернулись на свои места. Андрада показался мне напряженным и даже сердитым.
— Кто такой Тадеуш Кржеминьский? — тихо спросил он, наклонившись ко мне.
— Один ученый поляк, он работает здесь, на острове. Мы с Гречко случайно встретили его на улице, и мне показалось…
Судья Джарвис недовольно посмотрел в нашу сторону, и я решил подождать с подробными объяснениями.
— Мистер Андрада!
— Да, ваша честь! — произнес адвокат, вставая. В суде голос его звучал громче и тверже, чем у меня в кабинете.
— Говорит ли ваш подзащитный по-английски?
— Да, ваша честь. Полагаю, он достаточно хорошо знает язык, чтобы понять, что здесь происходит.
— Значит, ему не потребуется переводчик?
— Нет, ваша честь.
— Отлично. Благодарю вас, мистер Андрада.
Адвокат сел, а достопочтенный судья Джарвис обратил свой взор на подозреваемого:
— Мистер Гречко!