Бруно долго не брал трубку, но я проявил настойчивость.
— Алло!
— Слышали новость? — начал я без предисловий.
— Это вы, Рэй? Привет! — Вайс был невозмутим. — Рад вас слышать! Что опять случилось?
Я сразу понял, что Бруно будет играть в несознанку, но решил не отступать.
— Гречко сбежал!
— Как сбежал? Куда?
— Я думал, вы мне расскажете!
— Почему я?
Это было уже слишком.
— Послушайте, Бруно, не делайте из меня идиота! — Я с трудом сдерживал раздражение. — Фактически вы руководитель проекта. Не перебивайте меня! По крайней мере, так это выглядит. Может, над вами есть еще какие-то боссы, которые дергают за нитки, но мне про них ничего не известно. Вы зачем-то привезли Гречко на остров. Попросили меня опекать его, сказав, что он важный человек. Были очень обеспокоены, когда Гречко задержала полиция. Сделали все, чтобы вытащить его из кутузки: наняли адвоката, велели внести залог. А теперь вы будете говорить, что не знаете, где Гречко?
— Почему вы так нервничаете, Рэй?
— Потому что вокруг литиевого проекта творится что-то неладное. — Я тщательно подбирал слова, чтобы не сказать лишнего. — Что-то странное. Сначала какие-то непонятные инвесторы, потом этот Гречко, или кто он там. А потом в один прекрасный день вы все исчезнете, а я буду тут за вас отдуваться!
Я, конечно, слегка преувеличивал, играя испуг, но, черт возьми, мне хотелось знать правду!
Несколько секунд Вайс молчал. Когда он заговорил, голос его утратил прежнюю вальяжность, в нем зазвучали металлические нотки.
— Прекратите панику, Рэй! Ничего страшного не произошло. Полиции Барбадоссы нечего вам предъявить. Вы меня слышите?
— А американцам?
— Тем более. Теперь, когда профессор Гречко уехал, у них вообще ничего нет. Они сколько угодно могут кричать о каких-то мифических шпионах, обходе санкций и прочей ерунде! Пшик! И давайте каждый из нас будет заниматься своими делами! Гречко — не ваша забота! Я с этим разберусь. — И тут Вайс произнес фразу, которая заставила меня вздрогнуть: — Скоро все закончится, Рэй.
— Что закончится? — спросил я.
Похоже, Бруно нечаянно проговорился. Но вывернулся, сказав спокойно:
— Острая фаза. Все эти журналистские расследования и вопросы полицейских… Все это уйдет, история с Гречко забудется, жизнь войдет в привычную колею.
Теперь он словно гипнотизировал меня: «Спи, Рэй Винавер! Твое тело наливается приятной тяжестью…» Хотя я понимал, что полностью доверять Вайсу нельзя, разговор с ним немного успокоил меня. Увы, ненадолго.
Рэй едет в Темпл-бэй
Я и раньше-то не любил телефоны и телефонные звонки, а в последние недели стал их просто ненавидеть. Любой звонок — это известие и, значит, перемена, а я в глубине души не любил перемены, побаивался их. Слишком часто в моей жизни новости оказывались плохими, но даже если они были хорошими, все равно приходилось тратить силы на то, чтобы привыкнуть, приспособиться к новым обстоятельствам и перестроить маршрут. Кажется, в то утро мне даже снилось что-то такое, но я не могу вспомнить что, потому что телефонный звонок резко и грубо разбудил меня, разрушив видение.
— Алло! Мистер Винавер? — раздался голос в трубке.
— Да, да, это я. Кто говорит?
— Детектив Корриган. Полицейское управление Сент-Джорджеса. Вы меня помните?
— Да, конечно. Что случилось, детектив?
— У меня к вам просьба, мистер Винавер. Не могли бы вы сейчас приехать? Тут у нас одно дело.
— Приехать? Куда?
— В Темпл-бэй.
— Ого. — Я плохо соображал спросонья. — Вы мне скажете точный адрес?
— Я пришлю за вами полицейскую машину. Так будет лучше.