Я скорчил кислую гримаску.
— Кто-то обещал не ревновать, — строго сказала Тони.
Рэй делает запрос в правительство
Мне не хотелось подробно рассказывать Тони о том, как я завязал единственное знакомство в правительстве. История эта имела явный сексуальный подтекст. В моей жизни было несколько женщин, секс с которыми был возможен и даже почти неизбежен, но не случился, потому что непредвиденные обстоятельства помешали довести дело до конца. Я всегда вспоминал эти случаи со смешанным чувством сожаления и удовольствия. Конечно, я не мог с полным правом включить этих женщин в список своих побед, но чувствовал, что граница здесь очень и очень зыбкая. Ведь, если откровенно, мы прелюбодействовали в сердце своем! Они хотели меня, я хотел их, и так ли уж важно, что мы не познали друг друга физически? Так вот, заместитель секретаря по торговле правительства Барбадоссы Кьяра Боулис была одной из таких моих несостоявшихся историй.
Мы познакомились с ней на приеме, который американское посольство в Сент-Джорджесе устраивало в честь Дня независимости. Это было еще при старом после — старике Эбботе Дулиттле. В первый год на Барбадоссе я мало кого знал из местных и держался поближе к американскому землячеству. Тогда меня частенько приглашали на всякие мероприятия, устраиваемые посольством, Американской торговой палатой или Агентством по международному развитию. Как сейчас помню, прием был не в посольстве, а за городом, в кантри-клубе «Калверт Лаунж». Хотя в приглашении было ясно написано: дресс-код «смарт-кэжуал», я от робости напялил костюм и повязал галстук. Кроме того, я страшно боялся опоздать и в итоге приехал минут на сорок раньше срока, когда никого из гостей еще не было. Симпатичная женщина из посольства, увидев меня, спросила: «О! Вы, должно быть, из службы безопасности?» Я чувствовал себя полным дураком.
Затем дела потихоньку пошли на лад. Начали собираться гости, среди которых были знакомые. Да и несколько коктейлей подняли мне настроение. Одним словом, когда у стойки рядом со мной села симпатичная молодая мулатка, я уже был готов к подвигам.
— Привет! Я Рэй Винавер, — сказал я.
— А я Кьяра Боулис, — ответила молодая женщина.
— Что вам налить, мисс Боулис?
— Миссис, — мягко поправила меня Кьяра. — Попросите для меня бокал шампанского.
— Вы здесь с мужем?
— Нет. Сегодня Майкл остался с ребенком.
— У вас ребенок?
— Да, сын. Его зовут Питер, ему три года.
— А чем вы занимаетесь, миссис Боулис?
— Я работаю на правительство, — ответила она. — Но не надо так официально, Рэй, зовите меня просто Кьяра. — И она положила ладонь на мою руку.
И так, перепрыгивая от одного вопроса к другому, как с камушка на камушек, смеясь, выпивая и будто невзначай касаясь друг друга, мы провели вместе весь вечер. Время от времени ко мне или к Кьяре подходил поздороваться кто-то из гостей, но после короткой паузы мы с ней снова сходились — то в баре, то на лужайке, то возле бассейна. Около десяти Кьяра, мельком взглянув на часы, сказала:
— Боюсь, мне пора.
— Это самая печальная новость за сегодняшний день, — сказал я. Мне действительно было жаль с ней расставаться.
Кьяра огляделась по сторонам.
— Ну, может, мы могли бы пропустить еще по стаканчику где-нибудь в городе, — как будто в раздумье произнесла она. — На сон грядущий.
— Отличная идея! — воскликнул я.
И пока другие гости, задрав голову, смотрели на праздничный фейерверк, мы с Кьярой на такси улизнули с посольской вечеринки и отправились в Сент-Джорджес. Думаю, у нее, как и у меня, не было никаких иллюзий относительно наших дальнейших планов. Но тут, как любил говорить мой покойный отец, мое везение кончилось! Уже где-то на подъезде к городу в сумочке у Кьяры зазвонил телефон.
— Алло! Да, Майкл. Что? Когда?
По ее напряженному голосу я сразу понял: что-то случилось.
— Какая у него температура? Что ты ему дал? Парацетамол? Его тошнит? Ты звонил доктору Грину? Что он? Поняла. Да, я еду. Да, я скоро буду!
Закончив говорить, Кьяра убрала телефон обратно в сумочку и с сожалением взглянула на меня:
— Прошу извинить, Рэй, но планы меняются.
— Что произошло?
— Звонил Майкл. Питер заболел. Ему с утра нездоровилось, он капризничал, ничего не ел. А вечером вдруг подскочила температура!
— Мне очень жаль, Кьяра! — сказал я. — Могу я вам чем-нибудь помочь?
— Спасибо, Рэй! Не думаю, что это что-то серьезное, скорее всего, грипп. Но мне надо ехать домой.
— Конечно, я все понимаю!
— Отвезите нас в Барракуда-Хайтс, — сказала Кьяра, обращаясь к водителю.