— Да, — улыбнулся я. — Можно поглядеть?
— Пожалуйста, — Гельмут подвинул досье ко мне. — Только недолго. Нам ещё о многом надо поговорить.
Я задумчиво полистал страницы, выборочно пробежался глазами по строкам. Факты впечатляли: стенограммы разговоров, платежки, агентурные сообщения, свидетельства бывших коллег. Действительно, приведенных фактов достаточно, чтобы устроить товарищу генералу очень серьезные неприятности с далеко идущими последствиями.
— Да, — признал, отодвигая папку обратно. — Если это станет достоянием общественности, первому заместителю председателя Комитета не позавидуешь.
— Теперь давайте перейдем к другим делам, — Гельмут открыл ящик стола достал папку и тоненькую стопку бумаги, соединенную скрепкой. Подвинул листы ко мне.
— Ознакомьтесь. Там краткие сводки проведенных нами акций. Все они были подготовлены на основе досье, полученного от ваших компаньонов и показаний Морриса. Вы хотели пощипать Синдикат на деньги, и наши люди сразу начали над этим работать. Вы, кстати, в курсе, что Майерс до сих пор жив?
— Вашему человеку не удалось его ликвидировать? — я напрягся, по груди пробежал леденящий холодок.
— До конца не удалось, даже несмотря на то, что он активировал бомбу, находившуюся на поясе, — недовольно поморщился Гельмут. — Уолтер Майерс, оказывается, носил бронежилет под пиджаком, сделанный по индивидуальному заказу. Вроде из келавра, но усиленный ещё какими-то пластинами из сверхпрочного сплава. Этого, к сожалению, мы не знали.
Он удержал большую часть осколков. Вторая случайность, рядом находился офис медицинской компании. Майерсу сразу оказали помощь и предотвратили кровотечение. Состояние у него очень тяжелое, множественные проникающие ранения, в том числе и головы. После тяжелой операции, возникла опасность отека мозга, его ввели в искусственную кому. Шансов, что Майерс выживет — очень мало, если выкарабкается, полноценным человеком уже не будет — в мозгу начались необратимые изменения. Нам больше проблем не доставит.
— Дай бог, — недовольно пробурчал я. — Хотя лучше бы он загнулся. Чем меньше таких ублюдков, тем чище воздух.
— Человек предполагает, а бог располагает, — скупо улыбнулся Гельмут. — Но главная задача выполнена. Теперь вас никто не будет пытаться ликвидировать. По крайней мере, в Америке.
— Ладно, — я начал разглядывать листок. — Так что вы там говорили по поводу Синдиката и денег?
— Вы упоминали, что хотите собрать всю информацию об операциях Синдиката: денежных потоках, продажах наркоты и оружия, чтобы потом провести несколько операций и профинансировать наши операции изъятыми деньгами и другими ценными активами, помните?
— Было такое, — кивнул я. — Но вроде никаких конкретных операций мы не обсуждали.
Не обсуждали, — согласился Гельмут. — Помните, с самого начала вы предоставили нам определенную свободу действий? Давали задания, а как мы их спланируем и выполним — наша забота. Например, пожар в архивах. Вы сказали, наши люди сделали, не обсуждая с вами все детали и нюансы операций. То же самое было с поимкой Морриса, мы разработали операцию, достали всё необходимое, в том числе благодаря вашему финансированию и чисто провели операцию.
— Ну да, так и было, — подтвердил я. — Хорошее разделение труда. На вас легли все операции по безопасности, охране, оперативные мероприятия, и я мог спокойно заниматься своими делами, зная, что меня прикрывают профессионалы
— И я считаю, это правильно, — продолжил Гельмут — Ваше дело — общая стратегия и руководство. Зачем забивать голову множеством ненужных подробностей? Все просто: вы ставите задачи — мы выполняем. Тем более, контрдиверсионные операции, ликвидации, шпионаж, безопасность, аналитика — наша специальность. Согласны?
— Более чем, — подтвердил я. — К чему такая прелюдия?
— Чтобы в будущем между нами не возникло недопонимания, — невозмутимо пояснил немец. — Вы хотели пощипать людей Майерса и получить деньги, чтобы провести операции на фондовом и финансовом рынке США? Мы сделали. Вы улетели в Москву и как только Майерса взорвали, Синдикат на некоторое время оказался обезглавленным. Главари, получавшие приказы непосредственно от Майерса, не знали, что им делать, низовые звенья и сидящие на потоках чиновники и исполнители работали как обычно, им никто ничего не рассказал. Потом прошла информация, что руководители Синдиката обсуждают вариант, на некоторое время свести активность к минимуму и не отсвечивать до полного прояснения ситуации.