— Будем пить за землетрясение или за ваше знакомство?
— Глупый вопрос. За нашу предстоящую свадьбу с Арменом! На ней будет вся его родня. Человек триста... Будет его кузен, очень влиятельный чиновник. Он заведует нефтью...
— А! Понимаю. Сфера твоих профессиональных интересов...
— Какая чушь, Игорь! — Она залпом выпила свой коньяк и зашуршала оберткой шоколадки. — У меня сейчас совсем другие интересы, не то что были в Москве. Я даже слышать не хочу о чертежах нефтепроводов! Это слишком мелко. Мне интересна политика. Скоро мы станем суверенным государством! Абсолютно независимым от Москвы! Мы не будем ни в чем отчитываться перед центром! Ни за одну монету потраченных в республике денег!
— Это самое главное.
— Еще бы! Никакого контроля из центра, никакого тоталитаризма и «руки Москвы»! И потому армянская политическая и деловая элита активно берет власть в свои руки... каждый день на счету... И я... тоже хочу в этом поучаствовать. Как пресс-секретарь кузена моего мужа. Почему бы и нет?
— Да, почему бы и нет? Я уверен, Ольга, что в новой семье ты добьешься многого. Ты прославишься как первая леди Еревана! Я уверен, что у тебя, Ольга, все получится!
— Не иронизируй... — Она отломила еще кусок шоколадки. — Но я знаю и чувствую: мы — на пороге нового мира, новой реальности. И — новой жизни. И я ничего не могу с собой поделать, Игорь, меня словно что-то подталкивает... какая-то неведомая сила гонит меня вперед, шаг за шагом, будто я что-то упускаю очень важное. И я ловлю это неуловимое, словно прилетевшую из заморских стран чудесную бабочку, я хочу схватить и поймать неосязаемый шанс стать счастливой...
— Я думал, ты уже вполне счастлива...
— Извини. Я не могу себя вести иначе. Я счастлива, только когда ощущаю себя победительницей. И я хочу взять реванш за все те годы, когда была простым инженером и домохозяйкой...
«Я потерял ее, — подумал Игорь Волгин, — потерял навсегда. Нельзя больше надеяться, что она просто однажды ошиблась, и искренне влюбилась в армянского врача, восхищенная его даром Асклепия, или же влюбилась в его роскошный розовый дом на берегу Севана... Нет, она уже не вернется. Вот он, кризис сорокалетия! Погруженная в свои иллюзии, она будет раз за разом бежать за своей мечтой — однажды проснуться знаменитой и влиятельной женщиной, вхожей в политическую элиту страны. Но наступит день, и она поймет, что все это — просто разыгравшееся воображение, замутившее рассудок. Но будет уже поздно. Уже сейчас невозможно склеить семью, которую она разбила своими собственными руками!»
Игорь сделал еще глоток коньяка.
— Ольга, я рад, что ты так хорошо сумела устроить себе новую жизнь... Вот только зачем ты продолжаешь цепляться за прошлое? У тебя уже есть дом из розового мрамора. Зачем тебе еще часть нашей московской квартиры?
— Мне чужого, Игорь, не надо. Но своего я не отдам.
— Подумай о своей дочери, Ирис. Ей тоже надо где-то жить. Она, конечно, пытается брать с тебя пример... но у нее это плохо получается...
— А кстати, как дела у Ирис? Чем она сейчас занимается?
«Как она холодно и отстраненно отзывается о собственной дочери! — подумал Игорь. — Просто удивительно, как людей меняет время!»
— Работает в научном институте, ассистентом. Иногда что-то пишет в газеты. Но замуж не собирается. Один ее поклонник оказался предателем, другой — циником и мерзавцем... Ирис, кажется окончательно разочаровалась в мужчинах.
— Ничего. За черной полосой всегда наступает светлая. Ирис — умная и привлекательная и когда-нибудь найдет свое счастье...
«Она уже не смотрит в мою сторону прежними влюбленными глазами, — с горечью подумал Игорь, — у нее началась новая жизнь... Вторая молодость. Она хочет взят реванш за всю свою не сложившуюся в Москве карьеру? Грустный самообман воспаленного мозга! Неумолимая безнадежно грустная химия угасающих гормонов... Теперь вся ее жизнь — там, в далеком высокогорном мире... В новой политической реальности, в новом государстве, которое вот-вот будет создано на обломках Союза. Что ж, этому невозможно препятствовать!»
— И еще, Ольга, подумай о том, что если тебе когда-нибудь придется приехать из Еревана в Москву, и возникнет проблема, где остановиться... то на правах бывшего мужа, я смогу тебе помочь...
Она презрительно фыркнула.
«Странная вещь все-таки религия, — думал Волгин, — Особенно, когда священное писание становится мировоззрением, заполняя каждую клеточку головного мозга. Армения. Первый регион Кавказа, принявший христианство. Высокогорная страна, в которой вплоть до VI столетия господствовала греческая культура, оказалась причудливее в религиозной эволюции чем можно было ожидать. 90% армянских храмов были православными. Но... У Армении оказались слишком активные соседи, а мусульманство- слишком стремительной силой. Курды, персы, да и некоторые азербайджанцы исповедовали ислам. Всего