КАК ГОРБАЧЕВ ВЫВЕДАЛ У АНДРОПОВА ПЛАН «ПЕРЕСТРОЙКИ»
Ниагара значит — «Гром воды». Так окрестили это великолепие природы древние ирокезы, охотничьи племена индейцев Североамериканского материка. Давно уж нет ни индейцев, ни даже остатков их жизненного уклада. И только великая Ниагара вот уже много столетий подряд продолжает сбрасывать потоки кристально чистой воды в живописную долину.
Горбачев и Яковлев вышли из машины и сделали несколько шагов по извилистой дорожке из желтого песка и гравия. Над водопадом висело тонкое коромысло радуги. От летящих во все стороны брызг воздух был прохладным и влажным.
— Красота-то какая, а? — крикнул сквозь грохот воды Яковлев и замахал рукой охране, чтоб та оставила их с Горбачевым наедине. — Идите сюда, Михаил Сергеевич! Ух, подышишь тут воздухом — как заново родишься!
Охранники в темных костюмах и солнцезащитных очках отошли на почтительное расстояние. Горбачев кивнул и медленно подошел к советскому послу в Канаде. Восхищенно поблагодарил Яковлева за эту замечательную экскурсию. Яковлев покровительственно выслушал лесть, а потом вдруг ни с того ни сего брякнул:
— «Перестройка» эта ваша мне что-то не по сердцу. Да. Понимаете, в чем дело, Михаил Сергеевич? Вот вы там затеяли с
Юрой игру в «Перестройку». Всех на уши поставили. Страна кипит, бурлит... Но что вы перестраиваете? Суть проблем или только оболочку? Одними лозунгами о пятилетке в три года больную экономику не спасешь. Я вот уж как десять лет на дипломатической миссии в Канаде. В Америке тоже частенько бываю. И я вижу, почему экономика США и Канады успешно развивается, а советская — заросла болотной тиной. Стимул труда, мотивация — разные. Вот ведь в чем дело!
— Вы сказали, дело в мотивации?
— Именно. Одно дело — плановое хозяйство и совсем иное дело — рынок. «Завинчиванием гаек» дешевой водкой да плеткой много от людей не добьешься. Хотите спасти советскую экономику? Извольте. Начните для начала людям платить зарплату дифференцированно. Чтоб те, кто зарабатывает больше — могли себе и вещи дорогие купить, и автомобиль, и туристическую путевку на курорт. Чтоб другие на них равнялись. А когда в стране уравниловка... очереди да дефицит... когда после тяжелых трудовых будней ты даже туфли дочке на школьный выпускной бал днем с огнем не сыщешь — какой смысл работать?! А?
Горбачев прикусил губу. Подбирать в ответ корректные слова оказалось не просто.
— Вы, Александр Николаевич, доктор экономических наук. Вам виднее.
— Спасибо на добром слове. Дело не в моем ученом звании, Михаил Сергеевич. Дело в опыте. Я ведь не книжный червь, плановик-экономист, реальной жизни не видевший. Я — практик. Вот я живу здесь десять лет. Сравниваю свою жизнь в Канаде с прежней жизнью, в Союзе. И пришел я вот к какому выводу. Без института частной собственности ничего путного в экономике не будет. Ни-че-го!
Горбачеву показалось, что он ослышался. Огромный валун сорвался с берега и с грохотом полетел в водяную пучину. Собеседники с недоверием посмотрели друг на друга.
— Частная собственность? Что вы, Александр Николаевич, это ж капитализм! Частная собственность несовместима с советскими принципами.
— Это стереотип. Притом, неверный. Ленин, кстати, для спасения больной советской экономики ввел нэп. А там элементы частной собственности были! Почитайте классиков!
Воздух на Ниагаре был прохладен и влажен. Он колыхался и вибрировал, как бы раскачивая деревья. Но это — лишь опти-
ческий обман. Мириады ледяных капелек невидимым шлейфом окутали каменную глыбу, с которой сбегает вниз прозрачный поток. Канадский можжевельник зеленым кружевом обрамляет камень, и нельзя не восхититься жизнестойкостью и жизнелюбием тиса, выросшего в расщелине возле водопада, отчаянным усилием вскарабкавшегося на отвесную скалу и распластавшего свои изумрудные ветви прямо над горным потоком. Желтый песчаник скрипел и похрустывал под ногами, налипал на подошвы ботинок. Яковлев с довольным видом хозяина наблюдал, как Горбачев наслаждается прекрасным видом Ниагарской подковы.
— Ну, Михаил Сергеевич, я рад, что наш водопад вам понравился. А теперь расскажите, так в чем же смысл вашей «Перестройки»?
Горбачев не на шутку перепутался. Как выкручиваться из собственного блефа он не знал. Он бросил тревожный взгляд на дрожащее серебро Ниагары.
— Вообще-то полный текст программы Юрий Владимирович держит у себя. Я только ему помогаю...
— Ах, вон оно как... — Яковлев разочарованно выдохнул. В САМОМ ДЕЛЕ, ДОСТАТОЧНО ХОРОШО РАЗВИТЬ