Самыми известными официальными представителями этой плеяды в Советском Союзе с открытием «железного занавеса» в эпоху «перестройки» стали Гарвард, Стэнфорд и «фу-турологические институты» — Римский клуб, Институт будущего, Гудзоновский институт. В середине 80-х, а это были годы правления М. Тэтчер, Р. Рейгана и М. Горбачева, «фабрики мысли» хором заявили о возникновении со стороны стран соцлагеря «глобальной коммунистической угрозы фундаментальным
ценностям американского и западноевропейского общества». По всему либеральному миру, включая США и Великобританию, преобладала политика государственного вмешательства. «Рэнд Корпорейшн» и другие «фабрики мысли» объявили открытую войну лагерю коммунизма, выступая «как адвокаты рынка, демократии и индивидуальной свободы».
* * *
На территорию ялтинского дома отдыха для номенклатурных работников автобус въехал уже в сумерках. Жирный полумесяц, похожий на ломоть сливочного сыра, поднялся на горизонте, окруженный плеядой созвездий. С моря повеяло ночной прохладой. Роберт с полуулыбкой на лице, проводил Ирис к воротам дома отдыха.
— Сегодня в Союз прилетела американка Саманта Смит, — рассеянно объявил Роберт. — На днях она будет здесь, в Ялте. Чтобы отдохнуть в «Артеке».
— Да, я слышала, — Ирис бросила высокомерный взгляд на своего нового знакомого.
— Не хотите познакомиться с Самантой? Написать репортаж...
— Шутите?
— Вовсе нет. Вы ведь журналист, а журналистика — это искусство невозможного. Я организую вам встречу с Самантой. Если хотите, конечно.
Ирис презрительно фыркнула, мол, знаем мы таких болтунов, наобещают с три короба и не выполнят даже десятой доли обещанного.
— В каком номере вы остановились?
— Не все ли равно...
— Я зайду за вами, и мы поедем в «Артек».
— Ладно. Запишите. Или запомните!
— Я запомню!— Роберт галантно поцеловал Ирис на прощание руку и растворился в темноте ночи.
От экспрессивного рассказа Ирис об экскурсии на водопад Джур-Джур и загадочном кавалере Игорь Волгин схватился за голову.
— Ему понравилась Ниагара? Неплохой вкус. И врать красиво умеет.
— Роберт не врет! — Ирис обиженно надула губы. — Он видный ученый, социолог. Очень умный. Он знает, например, что американский президент Рейган по паспорту вовсе не Рейган, а Риган. Ему политтехнологи немного подправили фамилию, так как «Рей-ган» означает «лучевое оружие». Очень удобно для выборной президентской кампании. И для программы «Звездных войн».
— Хм. Любопытно. — Игорь Волгин исподлобья взглянул на дочь и подпер подбородок рукой. — Что тебе еще сказал твой новый знакомый?
Ирис рассказала про «Рэнд Корпорейшн», «теорию игр» и странного математика, лауреата Нобелевской премии, Джона Нэша. Чем больше она говорила, тем сильнее проступало беспокойство на лице ее родителей. «Час от часу не легче! — нарушила затянувшееся молчание Ольга. — Где ты только таких женихов находишь, Ириска? Мало нам было твоего диссидента-рифмоплета! Мало было авантюры, закончившейся тюрьмой и отчислением из университета. Но нет! Нормальные парни нам скучны и неинтересны. И вот теперь откуда-то возник этот супермен... Видимо, настоящий разведчик?»
Ирис пожала плечами, мол, что поделаешь, судьба такая. Волгин вздохнул и, надев прямо на босые ноги сандалии, направился к двери. «Куплю бутылку минеральной воды. В горле пересохло!» — объявил он. Но на самом деле он пошел не в бар, открытый допоздна, а к администратору и попросил его срочно по межгороду соединить с Москвой. Администратор понимающе кивнула и набрала нужный номер. В трубке послышались длинные гудки и вскоре знакомый голос Петра Кирпичина.
— Привет, Игорек. Рад тебя слышать. Как отдых?
— Спасибо, нормально, — буркнул Волгин. — У меня к тебе, Петя, есть просьба. Ты не мог бы перепроверить по рабочим архивам, какой была паспортная фамилия Рейгана, до того как он стал президентом? Мне тут знающие люди сказали, что он был вовсе не Рейган а Риган...