— Вот как? Не слышал, — в голосе чекиста Кирпичина послышалось недоумение и напряженность. — Ладно, попробую. Насколько срочно тебе это надо?
— Чем скорее, тем лучше. Но это еще не все. Мне нужна информация по «теории игры» в математике и досье на Джона Форбса Нэша.
— Как ты сказал?
— Джон Форбс Нэш. Весьма загадочная персона. Это — американский математик, Нобелевский лауреат по экономике и одновременно — больной шизофренией. Меня интересует его причастность к «Рэнд Корпорейшн».
— Игорек, ты выпил?..
12 ИЮЛЯ 1983 ГОДА. ЯЛТА
Крупный серый гравий похрустывал под каблуками. Ирис Волгина в легком платье из «лимонного» шелка, открывавшего ее изящные икры, и широкополой ажурной шляпе из золотистой соломки с бордовым цветком из лебяжьего пера была великолепна. На плече небрежно болталась сумочка с узором из ракушек-каури. Вопреки протестам родителей строптивая девушка продолжала общаться со странным молодым человеком по имени Роберт. Вход в ялтинский дельфинарий забаррикадировала очередь к билетным кассам. «Хорошо, что я купил билеты заранее!» — удовлетворенно объявил Роберт и жестом пригласил Ирис следовать за ним. Билетерша с пониманием дела надорвала входные билеты. Ирис и Роберт поднялись по протяжно звеневшим металлическим ступенькам амфитеатра дельфинария и заняли свои места.
— Значит, Роберт, вы — этолог и изучаете в социологии поведение человека, ориентируясь на братьев наших меньших?
— Да. Я отчасти — этолог, отчасти — бихевиорист. Это близко к европейской школе психологии. Может, слышали такое слово, «бихевиоризм», от английского behavior, то есть поведение. Ученые бихевиористы убеждены, что любая человеческая реакция просчитывается так же, как и условные рефлексы у дрессированных животных. Собак, слонов, дельфинов...
Ирис отрицательно покачала головой, ничего подобного она не слышала, и бросила рассеянный взгляд на зеркальную гладь воды, куда вот-вот должны были выплыть дельфины.
— Но знаете, Ирис, нынешние психологи и социологи Америку не открыли. То, о чем они говорят, близко к учению Дарвина «Происхождение видов». К его теории естественного отбора, в котором выживает сильнейший. Думаю, благодаря гениальному открытию Дарвина его родная Англия так далеко продвинулась в развитии. Его учение учит борьбе. Доказыва-
ть
ет, что выживает лишь самый приспособленный, самый рациональный представитель мира природы.
— Социал-дарвинисты перенесли эти принципы на человеческое общество... Но в России их не любят...
— А правду вообще никто не любит! Правда — вещь жестокая. Куда приятнее верить в сказки! Социал-дарвинизм утверждает, что естественный отбор и борьба между людьми приводит к здоровой конкуренции. А социализм пропагандирует всеобщую защищенность и равенство в нищете!
Ирис испуганно посмотрела на своего спутника и положила пляжную сумочку себе на колени. Ракушки каури тихо звякнули.
— Знаете, Ирис, Россия один раз уже прошла мимо собственного светлого будущего. Она не рухнула бы в эпоху нынешнего застоя, умей ее политики извлекать уроки из прошлого. Ведь социал-дарвинизм уже вступил было на русскую землю во время правления императора Александра II...
КАК СОЦИАЛ-ДАРВИНИСТЫ СТРОИЛИ РУССКИЙ ЛИБЕРАЛИЗМ
Спустя год после беспрецедентно либеральной реформы в имперской России, то есть отмены Александром II крепостного права (1861), писатель Иван Тургенев публикует роман «Отцы и дети» (1862). Герой романа, молодой ученый Базаров, целые дни проводящий в анатомичке среди трупов «ради науки», прагматик и циник, новый тип молодого человека. Базаров помешан на выгоде, эффективности, результативности. Он отрицает все общепринятые нормы добропорядочности и духовные идеалы, не имеющие прагматичной цели. И поэтому — он нигилист, от лат. «ничто». По мнению Базарова, забота о ближних — прибежище слабых, а главный путь к прогрессу и процветанию общества — ЕСТЕСТВЕННЫЙ ОТБОР. Об этом писал еще Чарлз Дарвин!
Наблюдение о жестоких правилах эволюции животного мира ведущими социологами эпохи Александра II автоматически переносится на общество. Вслед за Тургеневым словечко «НИГИЛИСТ» подхватывают и молодые люди той эпохи. Слово «нигилист» становится нарицательным и начинает обозначать по-европейски цивилизованного гражданина, активного противника древнеславянского образа жизни. Сатирики-нигилисты вовсю потешаются над «Домостроем».