Через минуту людоеды придут на помощь вождю, и все будет кончено.
— Алианора, держись! — крикнул Хольгер.
Он привстал в седле и резко наклонился вперед, пытаясь достать противника мечом. Тот отбил удар топором. Более проворный, чем человек на коне, людоед отпрыгнул. Размалеванное лицо с бородой, заплетенной в косички, скривилось в издевательской ухмылке.
Однако факел, который вождь держал в левой руке, оказался слишком близко к Хольгеру. Он ударил. Факел упал горящим концом на голую грудь людоеда. Дикарь завопил от боли. И прежде чем он опомнился Хольгер был уже рядом. На этот раз он не промахнулся. Сталь вошла в плоть, вождь отшатнулся и рухнул.
«Бедный сукин сын», — пожалел его Хольгер. Он вновь развернул Папиллона и направил его вслед за Карау. Бой отнял всего несколько секунд.
Они продвигались в полной темноте. Людоеды, подгоняя себя криками, бежали следом, но не отваживались атаковать. В воздухе то и дело свистели стрелы.
— Сейчас они соберутся с духом и набросятся на нас, — крикнул Карау через плечо.
— Я так не думаю, — возразила Алианора. — Вы чувствуете запах?
Хольгер потянул носом воздух. Холодный ветер дул в лицо. Он всхлипывал и подвывал, развевая его епанчу и трепал плюмаж шлема. Но какой еще запах?
— Ух! — воскликнул Карау. — Вот это вонь!
Дикари дружно завыли. Хольгер, чье обоняние было испорчено табаком, был последним, кто почувствовал вонь. Дикари отказались от погони и остановились, не смея пересечь невидимую границу. Но уходить они не собирались. Они будут ждать в засаде до утра, чтобы убедиться, что враг не выбрался из западни.
Если холод имеет запах, то тролль пах именно так. Когда они оказались у входа в пещеру, Хольгеру захотелось заткнуть нос.
Они остановились, и Алианора соскользнула на землю.
— Надо сделать факел, — сказала она. — Тут по земле разбросаны сухие ветки, наверно, тролль растерял их здесь, когда устраивал свое логово.
Она собрала пучок хвороста. Хуги высек огонь. Вспыхнуло пламя, и Хольгер увидел в скале дыру, диаметром метра в три, ведущую в полный мрак.
Все спешились. Алианора взяла поводья, а рыцари вышли вперед. Хуги поднял факел.
— Тронулись, — сказал Хольгер и облизал пересохшие губы.
— Надеюсь, мы когда-нибудь снова увидим звезды? — прошептала Алианора. Хуги взял ее за руку.
— Даже если мы встретимся с троллем, — сказал Карау, — наши мечи превратят его в крошево. По-моему, мы испугались бабушкиных сказок, друзья.
Он решительно двинулся к пещере и первым вошел в темноту.
Хольгер поспешил за ним. Его щит и меч стали громоздкими и тяжелыми. Рубашка липла к мокрой от пота спине, тело чесалось и ныло, словно вспомнив наконец о том, сколько оно сегодня получило ударов. Воздух в пещере был спертым, густым от запаха тролля и смрада гниющего мяса. Факел горел неровно, то почти затухая, то ярко вспыхивая. Уродливые тени плясали по горбатым стенам. Хольгер мог поклясться, что отчетливо видел высеченные в стенах лица, кривляющиеся в жутких гримасах. Пол пещеры был усыпан острыми каменными обломками и обглоданными костями животных. Алианора то и дело нагибалась, предусмотрительно подбирая с земли куски дерева и сухие ветки. Тишину нарушало только звонкое цоканье лошадиных подков, отзывающееся дробным эхом. Естественная пещера кончилась, дальше в скалу вел вырытый троллем туннель — по размерам почти такой же. Хольгер с содроганием подумал, что если тролль вырыл такой туннель голыми руками…
Туннель был настоящим лабиринтом, и они кружили то вправо, то влево. Хольгер полностью потерял ориентацию: ему стало казаться, что они спускаются все ниже и ниже и будут идти бесконечно — до центра земли. «Только без паники», — скомандовал он себе.
Туннель кончился, и все они оказались в огромном зале. Из него вело целых три выхода — все неизвестно куда. Хуги жестом остановил их. В свете факела его лицо выглядело нелепой карикатурой, а огромная тень карлика плясала, как мрачное чудовище, готовое броситься на него.
Он внимательно наблюдал за грязным желтым пламенем, потом послюнявил палец и стал водить им по воздуху, затем опустился на колени и обнюхал пол. В конце концов он показал на левый туннель.
— Сюда, — буркнул он.
— Нет, — сказал Хольгер. — Разве ты не видишь, что здесь пол опускается вниз?
— Ничего не опускается. И не надо так громко.
— Ты с ума сошел! — возмутился Хольгер. — Любому дураку ясно…
Хуги зыркнул на него из-под кустистых бровей.