— Совсем свихнулся? — заорал я.
Он, задыхаясь, разинул рот:
— Я ничего не делал!..
Я тряс его так, что зубы лязгали:
— Не болтай попусту! Я все видел!
Он рухнул на землю.
— Это была всего лишь шутка, — простонал он. — Я не знал!
«Что ж, — подумал я мрачно, — вот тебе, без сомнения, вся правда. Ведь вот в чем беда с Искусством, беда с любой неразумной силой природы, которой овладел человек — будь то огонь или динамит, атомная энергия или магия. Любой остолоп, нахватавшись знаний, пытается что-нибудь сделать. Начать-то он может… Сегодня остолопов ужасно потянуло на колдовство. Но не всегда его последствия удается легко прекратить».
Как и в любом другом учебном заведении, в «Трисмегисте» постоянную проблему представляли студенческие шалости. Обычно они были безобидными. Например, одев шапку-невидимку, пробраться в женскую спальню. Или выставить в окнах украденные у девушек принадлежности нижнего белья. Иногда шутки бывали, пожалуй, и забавными. Например, как-то раз оживили статую прежнего президента (это был достойный и заслуженный человек), и она промаршировала по городу, распевая непристойные песни. Часто шутки были совершенно неостроумными. Как, например, когда Дин Уорсби был превращен друзьями в камень, и на протяжении трех дней этого никто не замечал.
Но сегодняшнее происшествие уже ни в какие рамки не лезло. Саламандра могла сжечь весь город.
Я обернулся к пожарнику. Тот весь изнервничался, напрасно пытаясь остановить какое-нибудь полицейское помело. Вокруг прыгали тусклые огни, полицейские не замечали его.
— Что вы полагаете предпринять? — спросил я его.
— Необходимо послать служебный рапорт, — отрывисто сказал он. — И считаю, нам понадобится Дух Войны.
— У меня есть опыт работы с гидрами, — предложила свои услуги Вирджиния, — так что я могу оказаться вам полезной.
— Я тоже, — сказал я медленно.
Аберкромби сердито уставился на меня:
— Вы-то что можете сделать?
— Я оборотень! — рявкнул я. — Когда я волк, огонь мне не страшен. Полезная штука, не правда ли?
— Прекрасно, Стив! — Джинни улыбнулась. Старая, такая знакомая нам обоим улыбка.
Недолго думая, я сгреб ее, привлек к себе и поцеловал.
Нельзя сказать, что оплеуха была недостаточно энергичной. Апперкот, и я оказался прямо на земле.
— Нельзя! — коротко сообщила Джинни. — Это, черт бы их побрал, проклятые чары.
Я видел, что в глазах ее металась боль. Как зверь в клетке. Но ее разум вынужден был повиноваться придуманным Мальзусом правилам.
— Это… э-э… здесь не место для женщин, — забормотал Аберкромби. — Для такой очаровательной женщины, как ты… Разреши, я провожу тебя домой, дорогая.
— Я должна это сделать, — сказала она нетерпеливо. — Что, черт возьми, творится с этими легавыми? Нам нужно убираться отсюда!
— Тогда я тоже иду с вами, — заявил Аберкромби. — Я немножко знаком с проклятиями и с благословениями. Хотя боюсь, что сегодня мои знания не бог весть что. Во всяком случае, департамент Сокровищ поглядывает на мои сокровища без одобрения.
Даже в это мгновение, когда ад разверзся на земле, оглушенному буйствующими раскатами грома, мне было радостно видеть, что Джинни не обратила ни малейшего внимания на его пресловутое остроумие. Она отрешенно нахмурилась. Неподалеку скорчилась Королева городка, завернутая в чей-то плащ. Джинни, усмехнувшись, махнула рукой. Королева сбросила плащ и помчалась к нам.
Через минуту приземлились три полицейские метлы. Пожарный что-то им прокричал, и вся наша группа тут же поднялась по спирали и влетела в путаницу улиц.
Взлет был быстрым, но за короткое время я увидел три охваченных пламенем дома.
Саламандра разгулялась…
10
Изможденная и вымазанная сажей, с отчаявшимися лицами, вся наша компания оказалась в управлении полиции округа. Здесь уже находились шефы полиции и пожарные. Возле коммутатора бесился какой-то офицер. Джинни, завернув по дороге к себе, захватила свою метлу. Теперь у нее на плече ехал Свертальф, под мышкой — том «Руководства по алхимии и метафизике». Аберкромби стращал и без того перепуганного Макилрайта. Под конец я сказал Аберкромби, чтобы он это прекратил.
— Мой долг… — завелся он. — Я, как вы видите, исполняя обязанности воспитателя…
Я высказал предположение, что университет мог бы свободно обойтись и без фискалов. Ни к чему удивляться, что студенты не пьянствуют по притонам и не провозят контрабандой нимф. И не каждый год делают попытки сдать экзамен, спрятав под пиджаком приятеля, который бы шепотом подсказывал ответы по шпаргалке. Как бы то ни было, мне не нравятся профессиональные наушники.