ришла в себя.- Я не возьму от вас никакого подарка, - знакомым властным голосом заявила Валя, но вопреки своим словам открыла коробочку и вытащила заколку. Она ей явно понравилась. Еще бы, спасибо девушкам продавщицам, подобрали такой подарок. Жена миллиардера, купающаяся в драгоценностях, может быть и презрительно отказалась, но простой армейский врач с жалованьем в двести с небольшим рублей должна иметь стальную волю, чтобы отдать обратно.Она смутилась, увидев на стене бокса старое захватанное грязными руками зеркало, подошла к нему и нацепила заколку. На мой несведущий взгляд Валюшка превратилась из богини в во всеобщий эквивалент красоты. Сергеич одобрительно чмокнул губами. Она повернулась к нам, мужчинам, проверяя их реакцию. Народ восторженно загудел. Как я и предполагал, зеленая заколка из малахита с бриллиантами очень шла к золотистым волосам красавицы.Она сняла заколку, положила ее в коробочку, заколебалась, не зная, что делать. Потом вдруг быстро подошла ко мне, чмокнула в щеку и вышла из бокса.Пилоты и технари молчали, переваривая произошедшее. Потом Привалов произнес с толикой грусти:- Вот почему по жизни так – одни лысые, - он погладил начавшую лысеть голову, - и на службе не все гладко, а у других и красавицы любят и орденов на всю грудь, и почти генерал.Малинин погладил его по голове:- Плачься, страшная морда, тоже мне невезунчик. Лучше поздравь нашего командира.И меня действительно поздравили, а вечером, перед сном, мы даже распили бутылку сухого вина.Глава 26Первый полет мы начали в 8.05. Я так и не пошел в медчасть на проверку – не успел (честное слово). И потому направился в бокс без разрешения Любаревич, очень надеясь, что она не решится направить блокирующий приказ. С нее сбудется. Комп сушки не стал протестовать и от сердца отлегло. Командир полка, поздравив с орденами и званием (я теперь сравнялся с ним), дал задание всей эскадрильей проверить стратосферу на северо-востоке Москвы. Рутинное задания. Кибер-пилот переварил полученное задание и высветил на экране примерное решение.Подал сигнал «внимание», а затем «взлет». Кибер-пилоты компов перестроили эскадрилью в усеченную призму – впереди две пары в два этажа, позади них три пары в три этажа. Прилетели в заданный район, час покрутились. Мне стало понятно, что меня «обкатывают» в качестве комэска, запустив в спокойный район. Пилоты, молодцы, все понимали и не выражали недовольства.Но затем сарги усилили натиск и нам пришлось вылететь уже в самую гущу схватки. Ардашев с двумя эскадрильями завяз в тяжелой схватке с саргами. Я не смог разобраться в сутолоке боя, но комп посчитал, что пятнадцать сушек борются с семнадцатью шершнями и сбито уже семь сушек и шесть шершней.Наше появление быстро изменило положение. Мы взяли поле боя в клещи – первое и второе звено слева, а третье со мной – с права. От дружного огня было сбито сразу четыре шершня. И сарги не выдержали, бросились под защиту огня фортов Луны. В этот момент, поскольку на директрисе огня никого из своих не было я дал привычный залп ракетами. Отстававший из-за повреждений шершень накрыло аж тремя ракетами и он взорвался.- Вовремя ты, Савельев, - раздался в шлемофоне голос Ардашева, - это уже не бой, а свалка. Покарауль здесь полчаса, а я уведу первую и третью эскадрильи на пополнение горючим и боекомплектом.Контроль за участком очень быстро стал сплошной профанацией, поскольку выше, в открытом космосе, уже расположились тяжелые многоцелевые истребители МИГ-51бис, стометровые дуры с разнообразным вооружением. Шершень для МИГа был бестолковой мухой, которую можно было прихлопнуть легким движением. Как, впрочем, и Су-47АП.Поэтому, кое-как протянув обозначенное время, я увел свою десятку на аэродром. Больше вылетов в этот день не было. Боевое дежурство с 15.00 было передано другой дивизии. Командование берегло беркутов и старалось их не перегружать, допуская, что в какой-то критический момент потребуется ввести в бой над Москвой элитное подразделение.Ардашев, воспользовавшись этим, собрал комэсков. На него явился и Ладыгин. Командиры были в хорошем настроении, чего я не совсем понимал. Но все выяснилось.- Товарищи офицеры, - заговорил комполка, едва мы расселись, - итоги сегодняшнего дня достаточно неплохи. Мы сбили одиннадцать шершней. Правда, трем пилотам удалось уйти – сарги разработали новую тактику, давая свои пилотам небольшие ранцевые двигатели и выделяя шершни-эвакуаторы. Но тем не менее. У нас сбито пять сушек, еще две вернулись столь искалеченными, что инженеры не уверены в их восстановлении. Зато среди пилотов потери минимальны – ранен только один. Любаревич, - все посмотрели на меня, но я сделал вид, что не понял, - сообщила, что рана тяжелая – бронебойный снаряд попал в руку, перебил кость, вырвал изрядный кусок мяса, разорвал нервные окончания и сухожилия. Однако операция прошла удачно, биопротезы прижились и врач обещает, что через недели полторы раненого можно будет допустить к вылетам для восстановления квалификации пилота.- Но, кроме того, важны не только количественные данные, - вмешался в разговор Ладыгин, - пленные сообщили, что в бою участвовали пилоты из гвардейской дивизии, в переводе на русский она называется «Синие волки». Именно поэтому итоги боя следует считать блестящими.Особенно мне понравилась стратегия боя. Виктор Семенович, я так понимаю, запоздалый ввод в бой эскадрильи Савельева был проведен интуитивно?- Так точно, - не стал скрывать Ардышев.- Хороший прием. Пять шершней как корова слизала. Надо ввести его в постоянную практику.- Есть.- Товарищи офицеры! – голос Ладыгина приобрел торжественный тон, - главнокомандующий объявляет всем пилотам полка благодарность и приказывает снять все штрафные санкции.- Служим Российской Федерации и человечеству! – рявкнули мы, вскочив.Ладыгин тоже встал и козырнул. После этого уже более мягким, как бы неофициальным тоном предложил:- Прошу садиться.Мы еще немного поговорили. Всех – от комэсков до комдива – беспокоила укомплектованность дивизии, составлявшая 80%. С одной стороны, это было хорошо. В строевых частях, как ни старалось командование, нередко было меньше 50% штата. Но все же отсутствие 20% пилотов, а это при 93 положенных составляло почти 20 человек, беспокоило. На дивизию возлагались большие надежды и главкомом, и более высокопоставленными начальниками, включая, как я понимал, и президента. Поэтому дивизию могут бросить в самое пекло как последний резерв, рассчитывая, что это полноценное, укомплектованное соединение. А у нас пятой части нет.Особых мыслей не было. Существовала обычная практика отбора лучших пилотов из округов. Такая политика не казалась мне совсем уж эффективной, но меня и никто не спрашивал. Однако и Ладыгина что-то не устраивало. Он выслушал каждого из нас по вопросу о способах пополнения, побарабанил пальцами по столу и отпустил комэска-1 и комэска-3. Меня почему-то оставил.- Вот что, Семеныч, Савельева я у тебя забираю.Ардашев недовольно вскинулся, на Ладыгин сделал категоричный жест рукой и командир полка нахохлился, всем видом показывая, что последнее отбираете.- Выполняя приказание главкома, я восстанавливаю в звании и должности Привалова и в должности – Малинина.- Рано, - проворчал Ардышев.- Сам знаю, - досадливо поморщился Ладыгин, - их бы месяц проманежить, чтобы осознали. Вот это им и надо сказать. Теперь Савельев. Эскадрилья для тебя вчерашний день, ты способен на большее. Главком в беседе со мной выразил недовольство, что мы забираем в строевых частях лучших пилотов и тем самым ослабляем их. Он приказал создать при дивизии Учебный центр, из которого и черпать резервы. Начальником Центра, как вы понимаете, назначается полковник Савельев. Приказ главкомом подписан и поэтому возражения бесполезны.Я и не намеревался возражать и пожал плечами.- Ваши задачи, полковник?Я призадумался:- Наверное так:Первое, отбор способных курсантов в училищах и курсах. Причем ограничить число учебных заведений, чтобы не ослаблять молодое пополнение в строевые соединения.Второе, обучение курсантов вести таким образом, чтобы завершить учебный курс и одновременно подготовить к службе в дивизии беркутов.Третье, организовать курс повышение квалификации для уже служащих пилотов.- Гм, - Ладыгин удовлетворенно, - третий пункт слишком уж расширяет деятельность Центра, а так ничего, есть начало. Не хмурься, Семеныч, ты от этого тоже получишь свежие кадры.- А ладно, - махнул тот, - неужели в других полках никого нет?Вопрос был риторическим и Ладыгин, понимая это, даже не стал отвечать. Вместо этого мы начали обсуждать материальную и кадровую базы. С первым было проще – нашлись здание, имитаторы, сушки с ограниченно годным техресурсом. Комдив обещал поставить и несколько боеспособных сушек, а в перспективе – вооружить всех молодых пилотов полноценными машинами, с которыми они пойдут служить в полки. Также он решил, что я буду жить на втором этаже штаба вместе с другими дивизионными командирами – там оставалась свободной одна квартира.А вот кадрами было плохо. Дивизия являлась не таким большим соединением, чтобы можно было безболезненно выгрести из нее пятнадцать человек только командного состава. Плюс почти сто технического и вспомогательного.- Я позвоню заместителю начальника отдела кадров военно-воздушных и космических сил, - решил Ладыгин, - но и ты ищи. С чего начнешь?Я подум