- Опять, - выдохнул де Роберти и сорвав фуражку с головы, швырнул её на диван и исподлобья посмотрел на Неклюдова.
- Не знаю, что там насчёт лучших умов, - сказал он спокойно, - но ребята которые эту штуку приволокли сюда, полчаса назад сели на Виленский поезд, ровно в тот самый на котором я прибыл из Вильно. И все в один вагон. И проводник вагона, с ними, судя по всему, хорошо знаком.
- Вот как? – отложил газету Неклюдов, - ну, поезд уже, скорее всего где-то на пути в Вильно. Сколько он тут стоит? Около получаса? Поскольку этот поезд – экспресс, остановок до Вильно не ожидается.
- Ты хочешь сказать, что мы будем их нагонять верхом? – усмехнулся де Роберти.
- Что скажет господин полковник, - пожал плечами Неклюдов, - не стоит заниматься самодеятельностью, - вздохнул он и снова взялся за газету.
- Мальчишку жалко, - вздохнул в ответ де Роберти, встал и подойдя к окну, закурил папиросу…
В мертвецкой, Виктор сидел на скамье в приёмной и заметно нервничая глядел в пол. Когда вышел доктор, он встал и молча, кивком головы показал, чтобы тот говорил.
- Вот, - протянул Виктору доктор маленький свёрток, - ранение такое, что я бы поверил, что мальчик просто упал и наткнулся на отвёртку, например. Или на длинное шило. Но уж никак не это! – указал доктор на свёрток, в руках Виктора.
Виктор развернул свёрток и увидел маленькую, тонкую пулю.
- Что это? – спросил он, глянув на доктора.
- Это же самое и я хотел бы у Вас спросить, - ответил доктор, - сколько оперирую раненых, сколько извлекаю пули из тела убитых, я не припомню такой пули. Даже дамский браунинг, плюётся более массивными кусками свинца.
- Что Вы можете сказать о том, как умер мальчик? – кивнул Виктор доктору, спрятав пулю в карман френча.
- Мальчик не мучился, умер сразу. И скорее всего, он даже не понял что произошло, - ответил доктор, - и, если, как Вы говорите, стреляли в упор, очевидно, что это был дамский пистолет. Взрослому человеку, для смерти такой пули мало. Но ребёнку её вполне хватило.
- Благодарю Вас, доктор, - кивнул Виктор в ответ и направился к выходу.
- Господин полковник, - окликнул его доктор.
- Слушаю Вас, - обернулся Виктор.
- Есть ещё одна интересная деталь, - сказал доктор, - я, конечно не детектив, но думаю, что мои выводы будут интересны сыщику. Дело в том, что пуля была обработана каким-то веществом. Кровь, попавшая на неё, сворачивается буквально на глазах. Мальчик умер не от пули. Мальчик умер от яда на её поверхности.
- Я понял, - ответил Виктор, снова кивнул и поправив фуражку, вышел…
Вернувшись в штаб округа, Виктор молча достал из кармана пулю и положил её на стол, не снимая перчаток.
- Что это? – кивнул на пулю де Роберти и хотел было её взять.
- Я бы не стал на твоём месте этого делать, - остановил его Виктор.
- Почему? – глянул на него де Роберти.
- Пуля обработана ядом, - ответил Виктор.
- Пуля отравлена? Мальчик был убит отравленной пулей? – отложил Неклюдов газету.
- Доктор сказал, что кровь на ней сворачивается очень быстро, - кивнул Виктор в ответ, - яд, или не яд, но пуля обработана какой-то опасной для жизни гадостью. И раз пулю отравили, перед тем как зарядить в пистолет, значит предназначалась она тому, в кого был направлен выстрел.
- Мальчику? – удивился Неклюдов, - но разве убийцы прибыли не на квартиру к Семёнову, которого, как мы знаем, не существует?
- Давайте исключим все догадки и рассмотрим только то что мы знаем, - сказал Виктор, - мы знаем, со слов дворника, что мальчика насильно заволокли в квартиру к Семёнову, где тут же убили. Так же мы знаем, что мальчик общался с накануне убитым диверсантом, который в свою очередь, порешил капитана Любошева. Мотивы убийства Любошева, честно сказать, мне совершенно непонятны.
- А похищенная инженерная документация на респираторы? – удивился Неклюдов.
- При диверсанте, который представился Колосовым, никаких бумаг обнаружено не было, - ответил Виктор, - о чём это может говорить? Первое, что у него могли быть подельники, ушедшие ранее. Второе, что никакого отношения к похищению бумаг, Колосов не имел.