- Есть и третье, - добавил де Роберти, - что Колосов убил Любошева, как раз за то, что тот передал врагу секретные инженерные бумаги. Не находите, господа, что на версию стоит обратить внимание?
- Стоит, - согласился Виктор, - я тоже об этом думал. Для вражеского диверсанта, Колосов вёл слишком публичный образ жизни. Он спокойно квартировался в центре города, да ещё на квартире, которую снял под именем высокопоставленного офицера. Рискованно для шпиона, согласитесь. Так же, Колосов спокойно ходил улицами, посещал рестораны и военные объекты, общался с другими офицерами и солдатами. Это о чём говорит? Только о том, что документы у него были в полном порядке. Нет, - подумал Виктор, - Колосов не был диверсантом. Колосов мог быть кем угодно, мстителем, подосланным убийцей из охранного отделения, человеком из военной разведки, жандармом в конце концов. Давайте представим такую картину? В военном округе начинает твориться Бог не весть что! Разумеется, всем этим бардаком начинает интересоваться полевая жандармерия и по понятной причине, не спешит ставить в известность командование округа. Мы с вами, сюда прибыли уже тогда, когда дело дошло до Петербурга! Но ведь кто-то же. донёс до нашего ведомства все обстоятельства? Этот кто-то, не был дворником или ветошником! И бабкой с базара тоже не был! Он проводил своё расследование, подключал к делу своих людей, и эти люди выполняли и продолжают выполнять свои обязанности! А он, имеет право и возможности достигнуть Петербурга. Если не он сам, то телеграфные ключи для связи с военной разведкой Генерального штаба у него есть.
- А ведь мы изначально пошли по неверному пути! – отложил газету Неклюдов, встал и подойдя к столу, тронул пулю обломком карандаша, - пока мы гонялись за окружением убитого лже-Ходжиева, которому отрубили голову и выбросили из поезда, шпион преспокойно, нашими руками ликвидирует того, кто подобрался к нему вплотную и уже наступал ему на пятки. Забрасывает Николая аж в Вильно, исключительно для того, чтобы мы убедились в том, что и так было очевидно, что убитый Ходжиев – никакой не Ходжиев. Мы думаем, кто тот здоровяк без головы и ломаем голову себе, чтобы понять, зачем отрубили голову ему. Самый главный вопрос – зачем нам всё это? И вот, убийство мальчика. И опять же – зачем? Очевидно, Виктор, убитый Колосов знал достаточно, для вынесения ему смертного приговора. Хотя, шпион ведь при этом вскрылся, когда убили мальчика. И его мог видеть не только дворник. Мы можем составить его портрет и теперь наверняка знаем, что действует он не один.
- Не можем, - покрутил головой в ответ Виктор, - его публичные дефиле настолько же странны, насколько бесполезны, Юра. Обрати внимание, - Виктор сел на диван, где только что сидел де Роберти, - мальчика просто схватили на улице и проволокли с криком и шумом по его родному двору, подняв переполох и перепугав тех, кто это всё увидел. Мы знаем, что якобы видел один только дворник. Но, остальные свидетели, судя по всему, просто решили молчать. Паренька затянули в чужую квартиру и просто убили. Ты не хочешь спросить, зачем было устроено всё это представление?
- А действительно, зачем? – спросил де Роберти.
- Вот именно, - Виктор посмотрел на де Роберти и продолжил вопрос, - если бы я тебе дал поручение, допросить ребёнка инкогнито, то как бы ты это сделал? Я даже не допускаю мысли об убийстве ребёнка, но как ты это сделал бы?
- Любого ребёнка можно легко заманить куда угодно, если произвести на него хорошее впечатление, - ответил, подумав, де Роберти, - главное, чтобы ребёнок согласился с тобой просто заговорить. В конце концов, есть дом где он живёт, есть квартира, куда он возвращается… - де Роберти подумал… - возвращался по несколько раз на дню и каждый вечер, с наступлением темноты.
- Да, - кивнул Виктор, - просто заговорить. А у чистильщика обуви, это залог заработка. Заговорить даже со случайным прохожим, тем более если этот случайный прохожий сам к тебе подошёл, это лишняя копейка. Мальчик и сам мог бы пойти с этими незнакомцами. Да достаточно было бы и одного незнакомца в штатском, если бы этот незнакомец у мальчика спросил ласково улыбнувшись, например, не знает ли мальчик, где тут живёт офицер. Валдис мог бы тихо довести его до квартиры, без шума и крика, зайти в квартиру вместе с этим незнакомцем и получить предназначавшуюся для него пулю. Да и зачем нужна была квартира? Если мальчика хотели именно убить, это можно было бы сделать в подъезде.