Что– то похожее на бункер. Звуконепроницаемые стены, длинные коридоры с низкими сводами, герметичные стальные двери, открывающиеся при считывании лазерным устройством глазной сетчатки, множество вооруженных постов.
Здесь было все для автономной работы в течение длительного срока, вплоть до гидроэлектростанции – загнанная в огромную трубу речушка исправно давала ток.
– Вот это я понимаю! – восхищенно воскликнул Джек Фрэнки, когда его проводили в компьютерный центр, зал гигантских размеров с обслуживающим персоналом в тридцать человек.
И все эти тридцать человек выстроились по стойке «смирно» вдоль стены. Большая часть из них были щуплыми, лысеющими и в очках с мощнейшими диоптриями – сразу видно, бывалые компьютерщики.
– Все эти люди отныне работают под вашим командованием, – сказал Беркович.
– А что это они такие напряженные? – Потирая ладони, Фрэнки развалился в широком кресле и положил ноги на стол. – Вольно, ребятки! Все по своим местам! Надеюсь, у вас есть какая-нибудь аркадная игрушка?
– Игрушка? – удивленно переспросили компьютерщики.
– Ну да, игрушка. Например, «Бешеный пес», а еще лучше – третий «Дум». Я, видите ли, на последнем уровне застрял.
Ни одной игрушки в центре не оказалось, об этом на полном серьезе доложил дежурный Цахис.
– Так, ребятки, отношение к юмору у вас своеобразное. Теперь понятно, почему вы распяли Христа, – произнес по-французски Фрэнки и снова перешел на иврит: – Подключите-ка меня к Интернету и заварите чашечку крепкого кофе. Вы знаете, что такое кофе?
– Знаем, – ответил Цахис.
– Тогда чего стоишь? Лезь на пальму и собери пару зерен. – И Фрэнки, расстегнув ворот джинсовой рубахи, придвинулся к компьютерному монитору.
В это время остальные ребята уже рассеивались по городу. У каждого из них был свой маршрут, своя задача, своя роль…
Лишь Турецкий с Солониным действовали в открытую, прибыли в зону оцепления на полицейском броневике. Облачены они были также в форму израильских стражей порядка, чтобы не выделяться в толпе рыскающих на месте взрыва оперативников.
Одно дело – разглядывать снимки из космоса. Совсем другое – видеть последствия трагедии воочию.
Еще утром это была оживленная пешеходная улица, вдоль которой тянулся бесконечный ряд магазинчиков, банков, кинотеатров и открытых кафешек.
Наверное, здесь торговали фруктами и сувенирами голосистые лоточники. Наверное, люди скрывались от полуденного солнца под тентами-зонтиками, заказывали себе холодный апельсиновый сок, просматривали свежие газеты, слушали скрипку уличного музыканта… Быть может, целые семьи приезжали сюда, чтобы накупить подарков к ближайшему празднику, да и просто прогуляться, развеяться, отдохнуть.
И вот целый квартал был буквально сметен взрывной волной и огненным вихрем. Расплавленный асфальт вздыбился безобразными кусками, впитывая в себя кровь.
Спасатели все еще пытались извлечь из-под развалин кричащих и стонущих людей. К изуродованным останкам ни в чем не повинных жертв даже не прикасались – рук не хватало, живым бы помочь.
В воздухе стоял удушливый запах гари и паленого человеческого мяса. И ветра, как назло, не было.
Турецкий с Солониным выбрались из броневика, огляделись.
– Надо бы во все популярные газеты разослать людей, – вдруг предложил Александр, – и чем быстрей, тем лучше.
– Это еще зачем?
– Насколько я понимаю, здесь сегодня было много туристов.
– И что?
– У туристов есть одна странная привычка – всюду таскать с собой фотоаппарат.
Солонин врубился и уже хотел было схватить рацию, чтобы отдать распоряжение Берковичу, но Турецкий перехватил его руку:
– Не надо, Вить. Наверняка те ребятки, что устроили всю эту заварушку, знают полицейскую волну.
– Понял. – И Солонин вновь вскарабкался на броневик. – Я туда и обратно!…
Александра же не покидало странное чувство абсолютной уверенности, что преступники имели возможность не только перехватить радиоразговоры полиции, но и подсматривать за ними. Прямо сейчас. Зачем? На всякий случай, чтобы держать ситуацию под контролем.
Он задрал голову, окинул наметанным глазом края крыш. На верхушке здания банка разместились два снайпера в черных комбинезонах. Еще один, чтобы не скатиться, придерживался рукой за телеантенну на покатой крыше пятизвездочного отеля «Хилтон».
Впрочем, почему обязательно на крыше? Голубчик может находиться и в толпе журналюг, что стоят за ограждением. Или же выглядывать из окна гостиницы. Вон сколько их, любопытствующих постояльцев.