Мисс Майклс понравилась Банни, и ей захотелось встретиться с нею снова. Это было не совсем обычное для нее состояние — ей уже много лет ничего по-настоящему не хотелось.
Ледяная вода окатила лицо и голову Лесли. Она резко втянула ртом воздух, закашлялась и, с трудом пробиваясь сквозь окутывавшую ее пелену боли, пришла в себя. Она лежала ничком на чем-то липком и противном. Сама Лесли и ее матрац были мокры насквозь. Отвратительное кислое зловоние жгло ей нос. Она с трудом сообразила, что ее стошнило и теперь она лежит лицом вниз в образовавшейся луже.
— Опять приходит в себя, — сказал кто-то.
Лесли не открывала глаз и молила Бога, чтобы ее мучители решили, что она все еще без сознания. Лукас гордился бы ею: несмотря на страшную боль, ее рассудок продолжал работать.
— Скажи, где ты спрятала остальные копии?
— Скажи, и мы дадим тебе поспать.
Лесли снова подумала о Лукасе. После того как его убили у нее на глазах, она готова была выдержать все что угодно.
— Говори, где другие копии?
Она почувствовала, как ее переворачивают на спину. Потом чей-то кулак ударил ее в живот с такой силой, что ей показалось, будто внутри у нее что-то разорвалось.
— Говори!
Второй удар пришелся выше. Острейшая боль пронзила ее грудь. Свет в глазах Лесли стал меркнуть. Тьма сгустилась, и она полетела куда-то в пустоту.
Хьюз Бремнер был у себя в кабинете, когда позвонил Сид Уильямс. Несколько часов назад ему удалось разыскать владельца агентства по торговле и сдаче внаем недвижимости, который указал точный адрес домика, где пряталась Лесли.
— Где ты и что с ней? — спросил Бремнер. — Она мертва?
— Я на крыльце ее дома тут, в горах, шеф. Звоню вам по сотовой связи. Похоже, все бумаги Лукаса у нас. Ксерокопии, о которых шла речь.
— Она мертва? — снова спросил Бремнер.
— Еще нет, сэр, — ответил Сид Уильямс, предварительно тщательно прокашлявшись.
— Почему? Документы у нас. Я же вам сказал…
— Шеф, — торопливо заговорил Сид, — она заявляет, что сделала еще один экземпляр копий и кому-то его отослала. Ну, дополнительные копии того, что у нее имеется здесь. Копии бумаг Мэйнарда.
Черт бы побрал Лукаса и его подружку! Уловка была стара как мир, но шеф «Мустанга» не мог рисковать.
— Узнай у нее, куда она их отправила, немедленно!
— О’кей, шеф, но сейчас она отключилась. Да и выглядит она не слишком хорошо — сами понимаете.
Бремнер все прекрасно понимал. Сид намекал ему, что пленница может умереть, а тогда они от нее вообще ничего не узнают.
— Дай ей передохнуть несколько часов. Потом разбуди и нажми на нее. Слышишь, Сид? Нажми по-настоящему. Можешь пустить в ход все, что умеешь, и даже больше.
Как только Бремнер положил трубку, снова раздался звонок. Это была его секретарша.
— Только что звонили из Белого дома, сэр. Президент срочно вызывает вас к себе. Там будет и директор агентства.
— Вам известно, по какому поводу меня вызывают?
— Нет, сэр. Я задала этот вопрос, но, похоже, никто ничего не знает. А может быть, мне просто не захотели сказать.
За годы своей карьеры Хьюз Бремнер не раз попадал в критические ситуации и приучил себя встречать неприятности с открытым забралом, смело решать возникающие проблемы и, не останавливаясь, продолжать продвижение к цели. Поэтому он редко волновался или испытывал чувство неуверенности. Однако до сегодняшнего дня ему ни разу не приходилось иметь дела с экстренными вызовами к президенту. Бремнер подумал о десятках миллионов долларов, которые он и его заместители выкрали со счетов в «Бэнк оф кредит энд коммерс Интернэшнл», о корпорации Стерлинга О’Кифа, операции «Маскарад», Саре Уокер, Лукасе Мэйнарде, Лесли Пушо и, наконец, об операции «Величие». Он выстроил гениальный план, задействовал такие пружины, какие движут мировые процессы, и не мог допустить, чтобы все его сложные построения рухнули в последний момент.
Тут Бремнер осадил себя. Если бы у президента или у Арлин Дебо были какие-нибудь доказательства, подумал он, его бы просто арестовали. Пока же его всего-навсего вызывают на совещание в Белый дом.