- Не думаю, - рассмеялся Слава и, посерьезнев, добавил: - Ты лишь звено в хрупкой цепи событий, которые приведут либо к краху, либо к победе.
- Ладно, будем считать, что ты ответил на мой вопрос, - с сомнением в голосе промолвил Егор. - Я обычный человек, и мне не понятны все ваши сверхъестественные способности, поэтому давай лучше двигаться дальше.
- Идем! - Антипов сорвал травинку и вставил ее в рот.
- Здесь неподалеку находится пасека Петровича, у него была старенькая «Нива», надеюсь, она на ходу.
Пасека была в трех километрах к северу от деревни. Ее хозяин Василий Петрович раньше жил здесь на поселении, за бытовую драку с телесными повреждениями, а потом так и остался. Мед Петровича славился на всю округу и за ним приезжали даже из Барнаула. Сорок пять ульев стояли в тени деревьев. Обычно повсюду роем кружились пчелы, но сейчас было очень тихо. Неподалеку белели крашеные известью стены дома хозяина пасеки. За околицей лаяла собака.
- Кажется, никого, - сказал Ефремов, заглядывая во двор.
- Карантин, - напомнил Антипов.
Дом был открыт. По всей видимости, хозяева собирались в спешке, оставив повсюду разбросанные вещи, посуду и инструменты.
- Петрович жил один? - спросил Вячеслав, присаживаясь на корточки.
- Да, бобыль бобылем, - ответил Егор. - А что?
- Смотри, - Антипов поднял с пола женскую косметичку. - Бобыль, мать его!
Они вышли на улицу. Белая «Нива» стояла под навесом из досок и шифера.
- Ключи надо найти, - озабоченно промолвил Ефремов.
- Не надо, - засмеялся Антипов. - Я заведу любую машину, я же тебе рассказывал о своей бурной молодости. Давай лучше вернемся в дом и поищем хоть что-нибудь съедобное.
К радости мужчин, хозяин дома оставил полную кладовую продуктов, и если бы им можно было остаться здесь, то этих запасов хватило месяца на три. Все полки были уставлены консервированными овощами и фруктами, банками с домашней тушенкой, вареньем и медом, на полу стояли мешки с орехами, зерном, сахаром и мукой.
Схватив по банке тушенки, они отправились на кухню за консервным ножом и ложками. Петрович оказался аккуратным хозяином, и все необходимое быстро нашлось, включая батон белого хлеба и кувшин домашнего кваса.
- Да, такой вкуснятины я не ел лет двадцать, - проговорил Антипов, собирая со дна банки остатки тушенки. - Моя бабушка готовила такие же консервы, а потом мы добавляли их и в макароны, и в отварной, и в жареный картофель. А еще варили суп и кашу. Дай бог здоровья хозяину этого дома и его...
Вдруг Антипов резко замолчал.
- Что? - не понял Егор.
- Тихо, - Антипов медленно повернулся и стал принюхиваться.
Ефремов тоже ощутил едва уловимый запах серы, такой же, как тогда в больнице. Вячеслав достал пистолет, и Егор последовал его примеру. Они присели на корточки.
- Мы не одни здесь, - сообщил Антипов.
Ефремов тоже ощутил близкое присутствие чего-то необъяснимого. На чердаке скрипнула половица, и мужчины посмотрели вверх. Егор поднял руку с пистолетом, но Антипов отрицательно замотал головой. Они встали и направились к деревянной лестнице, ведущей на чердак. Первым шел Егор, Вячеслав прикрывал сзади. Дверь скрипнула - и сильное зловоние ударило в нос обоим мужчинам. В темноте чердака практически ничего нельзя было разглядеть, вокруг было полно паутины и пыльных ящиков. Егор переступил порог первым, за ним вошел Антипов.
На полу не было видно никаких следов, хотя на таком слое пыли отпечатки ног должны проявляться отчетливо. Единственное подозрение вкралось в сознание обоих мужчин, и они стали медленно поднимать головы вверх. От ужаса увиденного Егор потерял дар речи. Под потолком, между стропил, вниз головой, держась когтями за дерево, висела девушка. Точнее, человеком женского пола это существо назвать было уже трудно. То же самое лицо, что и у Наташи Агеевой, такой же вздувшийся живот и зеленая слюна, капающая из пасти. Тварь неестественно повернула голову, и ее длинные волосы почти коснулись лица Ефремова.
- Рыцарь, чего тебе здесь надо? - гортанным голосом спросила тварь. - Уходи, муж скоро вернется.
- Вернется, это точно! - согласился Антипов и выстрелил прямо ей в голову.
Тварь с глухим звуком свалилась с потолка, и черная кровь полилась из простреленного черепа. Егор хотел было подойти ближе, но Антипов преградил ему путь рукой.
- Подожди, она еще не сдохла.
Тварь действительно открыла глаза и, взмыв вверх, хотела вцепиться в горло Вячеславу. Но тот оказался быстрее. Когда от черепа осталось крошево из костей, волос и черного мозга, Антипов уверенно промолвил:
- Вот теперь ей конец!
Егор не верил своим глазам. За последние дни произошло столько событий, не поддающихся никакой логике, что он начал терять ощущение реальности. Ефремов всю жизнь считал, что все в мире поддается разумному анализу. Но теперь!