Тем временем Камачо продолжал:
– Генри очень боялся «Минотавра». Он страшился неизвестности. И делал все, что мог, чтобы защитить свой проект. Трудно осуждать его за это.
– Эти обрывки, что вы нам показали, очень интересные. – Адмирал откинулся в кресле и скрестил пальцы.
Агенты промолчали. Дрейфус рассматривал свои ногти, а Камачо наблюдал, как Графтон уничтожает страницы тетради.
– Почему этот советский агент вышел на Джуди? – спросил адмирал. – Чем тот его привлек?
– Я рассказал ему о затруднениях капитана, – ответил Камачо.
– Вы рассказали ему?! – У адмирала округлились глаза. – Боже милостивый! На кого же вы работаете?
– Я на вашей стороне, адмирал.
– Боже милостивый! Страшно даже подумать, во что бы мы могли вляпаться, если бы не вы.
– А почему моя жена? – поинтересовался Графтон.
– Вас приставили охранять святыню – «Афину». Вас, капитан. Чад Джуди работал у вас. Адмирал Генри знал, что Джуди – гнилое яблоко, и знал, что я это знаю.
– Удивительно, как он вообще спал по ночам, – пробормотал Дрейфус.
– Вы хотите сказать, что он мне не доверял? – подавленно спросил Джейк.
– Тайлер Генри не доверял никому. Он не просто сдвигал колоду, он требовал каждый раз тасовать заново. Но не думаю, что он всерьез боялся вас. Он боялся меня. Не хотел, чтобы я вас совратил.
– Повторите, пожалуйста.
– Он считал, что я могу завербовать вас, поэтому подыскивал к вам ключик там, где мог. – Камачо встал. Следом за ним поднялся Дрейфус. – Джентльмены, это все. Большего мы вам сказать не можем.
– Подождите, Камачо, – оборвал его адмирал, указывая на стулья. – Вы уйдете, когда я сочту разговор оконченным. У меня еще несколько вопросов, так что, пожалуйста, сядьте, и я задам их.
Камачо подчинился. Дрейфус остался стоять.
– Вы можете подождать в коридоре, – сказал ему адмирал.
– Пусть остается, – бросил Камачо. Дрейфус сел.
– Кто утвердил операцию?
– Мое руководство.
– Кто именно?
– Заместитель директора и директор. И комитет.
– Вот что я хочу знать: кто позволил вам насиловать флот Соединенных Штатов в хвост и в гриву? Будто у нас мало своих забот.
– Мое руководство.
– Назовите имена, мистер! Я хочу знать имена тех идиотов, которые разрешили секретную операцию, приведшую к гибели вице-адмирала и поставившую под сомнение утверждение Конгрессом программы А-12. Покажите мне эту задницу! Начальник штаба ВМС потребует крови. Джордж Ладлоу, Ройс Каплинджер, если они не знали об этом…
– Спросите их. Еще вопросы?
– Ладлоу? Каплинджер? Они знали?
– Кому полагалось знать, те знали. Эти имена назвали вы, а не я. Теперь извините, я сказал все, что мог, и мне нужно на работу. – Дрейфус был уже у двери, прежде чем Камачо поднялся со стула.
– Пусть директор ФБР будет там, чтобы тушить пожар, когда я предстану перед этими конгрессменами, Камачо, – сказал Джейк.
– А если не будет? – с преувеличенной вежливостью поинтересовался Дрейфус.
– Тогда сидите там вы с ордером на арест, если хотите, чтобы я молчал. У меня есть противная привычка говорить правду, когда мне задают вопросы.
Камачо кивнул и направился к открытой двери, которую придерживал Дрейфус.
– Благодарю вас, – сказал он морякам и вышел. Когда дверь за ним закрылась, Данедин произнес:
– Очень плохо, что мы не знаем правду, чтобы отвечать на вопросы.
– Кое-что знаем.
– Вам еще многому предстоит учиться, Джейк. Правду нельзя экстраполировать из крохотного кусочка. И поверьте мне, эти двое сказали нам так мало, как только могли. Если это вообще было правдой.
* * *В понедельник утром Джейк подписал отчет, в котором рекомендовалось закупить для флота самолет TRX, и лично отнес его секретарше адмирала Данедина.
Адмирал просмотрел отчет, и, убедившись, что требуемые им исправления внесены, подписал сопроводительную записку. Оттуда Джейк понес отчет координатору программы. Капитан 3-го ранга Роб Найт печатал письмо на компьютере, когда зашел Джейк.
– Это он, родимый?
– Он самый. – Джейк придвинул стул. Найт проверил правки, затем расписался в ведомости согласования. – Поздравляю. Преодолен очередной рубеж.
– Думаете, мы получим этот самолет?
– Перспективы хорошие. Хорошие. – Найт усмехнулся. Большую часть времени он общался с работниками аппарата Конгресса по поручению начальника штаба ВМС. – Они знают, что нам он действительно нужен. Знают, что это выгодная покупка. Единственный скользкий вопрос – это выбор между прототипами. Дюкену это известно, и он заряжает пушки.