Это был хороший план, который портили лишь два упущения.
План не учитывал наличие крошечного черного микрофона в спальне Джуди Эллис и не принял во внимание владельца желтого «мустанга». И его вооруженных сообщников — людей, которых он в своих разговорах с Атлантой называл «семьей». План не учел обоих этих факторов, потому что ни участники операции «Молот», ни соглядатаи преподобного Снелла их не обнаружили. Человек, который никогда не ошибался, был совершенно прав, когда предупреждал товарищей, что они уделили недостаточно серьезное внимание разведывательной деятельности.
Уиллистон указал на замок, Арболино вставил отмычку. Он повернул ее в одну и другую сторону четыре раза, прежде чем раздался щелчок, после чего он легко повернул дверную ручку. Он распахнул дверь примерно на полдюйма. Профессор подошел к щели, поглядел за дверь и поднял свой пистолет с глушителем. Остальные последовали за ним.
Двумя этажами выше диспетчер на телефоне проклинал все на свете, а дежурный по управлению в приемной терпеливо объяснял растрепанной старой деве, что космический корабль, упавший к ней в сад и уничтоживший клумбу с гардениями, вряд ли принадлежал Советам. Он даже сомневался в существовании космического корабля как такового, но как объяснишь это сорокадевятилетней девственнице!
— Мисс Девере, я бы посоветовал вам обратиться за разъяснениями в Федеральное агентство по аэронавтике или в министерство военно-воздушного флота, — посоветовал ей сержант Морган. Ему уже приходилось видеть здесь мисс Девере раз десять: она была одной из этих «полнолунников»-психов, чьи неврозы расцветали каждый месяц в момент полнолуния. Эти несчастные — общая беда полицейских управлений в любом городе.
— Это не относится к компетенции полиции, — уверял ее Морган. — Не относится к нашей юрисдикции.
— Чепуха! Вот что я вам скажу, молодой человек: чепуха! — отвечала старая дева, — Вы просто халатно относитесь к своим обязанностям. Вечно вы меня кормите этой чепухой!
— Почему бы вам не обратиться к русскому послу в Вашингтоне, мэм?
Мисс Девере просияла.
— Я написала ему пять месяцев назад, сержант, и этот комуняка мне так и не ответил. Ну и манеры у этого типа! Нам бы надо выдворить его туда, откуда он к нам пришел — или, может, вы на его стороне?
Ох, уж эти «полнолунники», просто беда с ними!
— Мисс Девере, — начал Морган.
Потом он заметил, что ее странный взгляд приобрел еще более странное выражение.
— Вам меня не запугать! — прокаркала она, указывая пальцем ему за спину. — Эти ваши «красные» штучки мне не страшны!
Сержант обернулся и в то же мгновение а) остолбенел, и б) перепугался. Двое мужчин в белых комбинезонах, белых перчатках и голубых кроссовках стояли в дверях. У одного в руке был автомат, у другого — револьвер с глушителем. Вдобавок ко всему они были безликими, точно в научно-фантастических триллерах. В резиновых респираторах!
— Господи! — прошептал сержант Морган с надеждой.
Сидящие в комнате двое других полицейских оторвались от своих бумаг и заморгали.
Появилась и третья фигура в респираторе, и Морган услышал, как кто-то за дверью — четвертый! — тащит что-то тяжелое.
Ствол автомата угрожающе описал дугу в воздухе, и полицейские не замедлили поднять руки вверх.
— А я вас не боюсь! — упрямо заявила старая дева.
— Заткнись! — прикрикнул на нее сержант, вдруг растеряв всю свою учтивость.
Автомат качнулся в сторону, и один из безликих налетчиков, рванувшись к входной двери, запер ее изнутри. Увидев это, мисс Деверё сразу поняла, что угроза насилия вполне реальна. В этот миг ее женский здравый смысл одержал верх над психосексуальными проблемами, и она совершила нечто в высшей степени благоразумное: издала чуть слышный писк ужаса и упала в обморок.
А в семи кварталах отсюда Джуди Эллис сидела в такси и проклинала субботние пробки на улицах. Она опоздает, опоздает, не успеет их предупредить…
Третий налетчик поднял автомат — двое других тоже были вооружены автоматами — и пошел в комнату отдыха, где два детектива резались в «двадцать одно». Мгновение спустя оба вышли из комнаты отдыха с поднятыми руками и присоединились к пленникам в приемной. Один из налетчиков разоружил всех пятерых, вынул из их пистолетов магазины и выбросил оружие в мусорную корзину.
Прошло уже сорок пять секунд, а налетчики не произнесли ни слова. Под водительством Уиллистона двое диверсантов бросились к лестнице, а Карстерс с автоматом остался караулить обезоруженных пленников. Сверху по лестнице спускался полицейский, уходивший в туалет, и вдруг увидел направленные на себя стволы автомата и револьверы 0,38 калибра. Испытывая весьма малое доверие к системе пенсионного обеспечения в округе Джефферсон и в предвкушении назначенного на этот вечер свидания с очаровательной и безотказной контролершей автостоянки, он благоразумно сглотнул профессиональную гордость и встал по стойке смирно. Когда профессор трижды ударил его рукояткой револьвера по затылку, он рухнул на пол. Как только бездыханный офицер достиг пола, Гилман выхватил у него из кобуры револьвер и опорожнил магазин от патронов. Потом забросил бесполезный револьвер под лестницу.
Они помчались по коридору, на секунду замерев у поворота и дав возможность Уиллистону заглянуть за угол. Он поманил их рукой. Оба охранника у входа в тюремный отсек слишком увлеклись обсуждением размеров бюста и таланта Ракэл Уэлч и Софии Лорен, чтобы вовремя достать оружие, а скоро они — полицейские, а не актрисы — и вовсе потеряли интерес к этой идее, обработанные струей «мейс». Теперь они целиком посвятили себя попыткам восстановить дыхание и зрение, катаясь по полу и визжа.
Ключи!
У одного из них должны быть ключи от стальной двери тюремного отсека, а может быть, дверь открывалась с помощью электронного устройства. Если замок электронный, то дверь должна открыться — ведь они вырубили электрогенератор в подвале. Уиллистон взглянул на двух распростертых на полу охранников и решил, что быстрее будет просто взорвать дверь, чем терять время в поисках ключей.
Держа револьвер в правой руке, он левой изобразил в воздухе букву Б.
«Б» означала бомбу, пластиковую бомбу. Арболино раскрыл саквояж, достал оттуда приготовленный ими пакет и приложил его к замку. Потом достал из кармана комбинезона короткий запал и аккуратно поставил его на место. Махнув всем рукой, он щелкнул зажигалкой.
Один… два… три… четыре… пять… шесть.
Взрывом вырвало замок, и взрывная волна с чудовищным лязгом сотрясла стальную дверь. Гилман посмотрел на часы. Две минуты и пять секунд, истекла половина намеченного на всю операцию срока. Он красноречиво постучал пальцем по циферблату, и налетчики стремглав побежали в тюремный отсек. Вот камера номер четыре. Другие заключенные стояли разинув рот, что-то кричали им, спрашивали, а Сэм Клейтон просто молча с любопытством смотрел на них. Снелл сумел передать ему утром, что его друзья Том и Джерри очень скоро могут навестить его в камере. Это сообщение озадачило Клейтона, у которого сроду не было приятелей по имени Том и Джерри. Уиллистон подошел к решетчатой двери его камеры и просунул сквозь прутья заранее напечатанную записку.
«МЫ ХОТИМ СПАСТИ ТЕБЯ ОТ ИНСЦЕНИРОВАННОГО ПОЛИЦИЕЙ САМОУБИЙСТВА. ОТОЙДИ ПОДАЛЬШЕ ОТ ДВЕРИ».
Внизу стояла подпись: «Том и Джерри».
Водитель автофургона-холодильника кивнул и отошел в дальний угол камеры. Уиллистон опять нарисовал рукой в воздухе букву «Б». Арболино тут же среагировал. Через тридцать шесть секунд вторая пластиковая бомба раскурочила замок, но дверь не открывалась. Чертов замок каким-то образом заклинило. Гилман прикрывал с автоматом лестницу и дверь в тюремный отсек, а профессор и каскадер пытались открыть дверь. Разбежавшись, они одновременно врезались в стальной частокол.
Решетчатая дверь вдруг поддалась и распахнулась. Оба налетчика чуть не кубарем вкатились в камеру, но удержали равновесие и знаком приказали Клейтону поторапливаться. Остальные заключенные подняли страшный гвалт, требуя, чтобы и их тоже освободили. Группа захвата проигнорировала их требования и поволокла водителя автофургона по коридору к лестнице.