Они отдохнули в тени еще два часа. К тому времени, когда капитан объявил, что пора выдвигаться, черная линия на горизонте стала в два раза толще, чем раньше. Донни заметил, что профессор смотрит на нее с опаской.
- Вы когда-нибудь бывали здесь во время сильных дождей, профессор? - спросил он.
Пожилой мужчина покачал головой.
- Нет, мне всегда везло с погодой - если можно назвать везением жариться, как еж в печи.
Ни разу не было дождя во время моих путешествий. Но когда я был здесь в первый раз - двенадцать лет назад - местный мужчина, которого мы наняли в качестве гида, испытывал ужасный страх перед любыми облаками и отказывался спускаться с уступа на равнину, если только появлялась малейшая вероятность дождя.
- Какое-то местное суеверие? - спросил капитан Бэнкс.
- Понятия не имею, - ответил профессор. - Мы так и не смогли заставить его говорить об этом. Все, что мы вытянули из него, - это два слова на его родном языке: olgoi-khorkhoi. Мы так и не узнали, что они означают, и когда вернулись сюда в следующем году, с нами был другой человек, - oн указал на полосу темных облаков. - Я никогда не видел ничего подобного. Выглядит угрожающе.
Донни стоял рядом с капитаном Бэнксом, и они смотрели вперед, на равнину. В нескольких милях от них виднелся большой скалистый выступ, черный силуэт на фоне горизонта. Бэнкс заговорил первым.
- Если я правильно оцениваю ветер, у нас есть время добраться туда. Будем надеяться, что там будет больше укрытий, чем здесь.
Он посмотрел вверх, где Донни поднимался в седло верблюда.
- Если вы сможете выжать из этих животных еще немного сил, доктор Рид, - сказал он. - По сравнению с ними старая молочная корова моей бабушки выглядит как победительница Дерби.
Донни рассмеялся.
- Скорость - не их конек, - сказал он, - особенно у старых моделей, как эта. К тому же, они могут быть медлительными, но они все равно останутся живы здесь, когда мы уже умрем от обезвоживания или истощения.
Бэнкс рассмеялся.
- Но сейчас нам нужна скорость, а не выносливость. Мы будем двигаться довольно быстро. Так что не отставайте. Если шторм действительно начнет приближаться к нам, нам, возможно, придется двигаться еще быстрее.
Капитан сдержал свое слово и заставил своих людей усердно работать на каменистой, неровной местности. Донни не знал, как им это удавалось - ему было бы трудно даже нести огромные рюкзаки, которые каждый из них нес на спине, не говоря уже о том, чтобы бежать по неровной местности с винтовкой на плече. К тому же это была пустыня, было жарко, а они почти бежали, одетые в камуфляжные костюмы, шлемы и бронежилеты. От одного только взгляда на них ему становилось слишком жарко.
Тем временем верблюды шли своим величественным шагом, не так быстро, как солдаты, но и не настолько медленно, чтобы вызвать серьезную озабоченность у капитана, пока облако на горизонте не стало приближаться быстрее. Разговоры были сведены к минимуму, и даже Гиллингс, который обычно был так болтлив и громко говорил, молчал, пока все наблюдали, как зловещее облако величественно плывет по небу в их сторону. Через час скала, к которой они направлялись, не казалась намного ближе, а облако теперь нависало над ней, занимая почти четверть неба впереди и окутывая ландшафт под ним темными тенями.
- Пора ускориться, ребята, - крикнул Бэнкс, и пешие люди начали опережать пару верблюдов, которые продолжали идти своим чередом.
Донни ударил копытами по бокам своего животного и крикнул:
- Вперед! - но верблюд не обратил на него внимания, сохраняя почти похоронный темп.
Профессор был немного более удачлив со своим животным и, по крайней мере, заставил его следовать чуть быстрее за солдатами, оставив Донни в одиночестве в тылу.
Никакие удары и ругань не могли заставить его верблюда двигаться быстрее, чем он хотел, и Донни быстро отставал от остальной части отряда. К тому времени, когда он выкурил еще одну черную сигару, он отстал почти на пятьдесят ярдов, а над головой собрались черные тучи. Спасительным обстоятельством было то, что скалистый выступ был теперь ближе, и, глядя вверх, он увидел, что солдаты доберутся до него через несколько минут.