– Вот черт! – раздался в микрофоне голос Рича.
– Что случилось? – быстро спросил Дик, и без того находившийся в состоянии непреходящей тревоги.
– Рич, у тебя проблемы? – подала голос Диди.
– Идите сюда! Я вам кое-что покажу – в голосе Рича сквозило немалое удивление.
– Куда "сюда"? – язвительно поинтересовалась Аня – Я, милый, уже минут пять как потеряла тебя из виду. Ты, так сказать, скрылся за горизонтом.
Внезапно в полукилометре от дика вверх ударила струя лазерных лучей – это Рич отмечал свое местонахождение стрельбой из бластера.
– Да видим мы тебя, видим! – капитан двинулся в направлении приятеля – Побереги заряды, мало ли что. Может, экипаж окажется агрессивным. Если уж они палят по беззащитному кораблю, то уж нашу абордажную команду они вряд ли встретят с распростертыми объятиями...
Спустя несколько минут все собрались вокруг "Кувалды". Его находка, разумеется, весьма заинтересовала пилотов – Рич стоял на крышке довольно большого люка, диаметром около трех метров. Линия соединения люка с основным корпусом была настолько тонкой, что было удивительно уже то, как Ауэрбах умудрился заметить ее. Однако на лице Рича совсем не было видно радости от этой находки.
– Попробуй открыть – он протянул Дику вибромеч. Тот пожал плечами, включил режущую струну и вонзил ее в броню...
Эффект был настолько необычен, что Дик, как и сам Рич несколько минут назад, ругнулся. Хотя, по теории, следовало начать молиться – того, что произошло, вообще не могло быть по уверениям современных физиков, в свое время разработавших вибромеч – его идея была побочным продуктом исследований силовых полей. До сего момента считалось, что единственное препятствие для лезвия меча – другое такое же лезвие. Ни камень, ни эланский броневой сплав, ни гейген-поле – ничто не могло справиться с вибрирующей струной.
А корпус "Файвера" справился играючи – слабо светящаяся струна лишь сорвала тончайший слой чего-то вроде краски, не сумев проникнуть глубже половины миллиметра. Дик опустился на колени и принялся внимательно изучать то, на чем стоял. При пристальном взгляде было видно, что покрытие – тонкая пленка темно-серого цвета, которую они первоначально приняли за металл, была во многих местах пробита, поцарапана, хотя отличалась чудовищной твердостью – капитан долбанул по броне рукояткой бластера, однако на покрытии не появилось даже намека на царапину. Вибромеч позволял срезать слой покрытия, и после некоторых усилий Дик удалил это странное напыление, толщиной около шести десятых миллиметра, с небольшого участка брони, однако дальше начинались совсем невероятные вещи.
Вслед за серой пленкой следовал другой слой – странная субстанция, казавшаяся прозрачной, и в то же время свет проникал сквозь нее не более чем на пару миллиметров, далее полностью угасая. Капитан постучал по блестящей поверхности рукояткой бластера – стука вообще не было слышно, однако оружие явно наткнулось на твердое препятствие. Ткнуть туда пальцем ему почему-то не хотелось. Включив меч, Дик аккуратно подвел светящееся лезвие к очищенному участку и попытался ввести режущее острие вглубь – и снова повторился тот же странный эффект, заставив расшириться от удивления глаза пилотов – казалось, лезвие переломилось, как преломляется луч света, падая на зеркальную поверхность. Сейчас лезвие, выходившее из рукояти в руках Старка, касалось блестящей поверхности и затем отходило от нее под таким же углом.
– И что это может быть? – задал Дик риторический вопрос. Все промолчали. Он повернулся к Ричу – В другом месте пробовал?
Тот отрицательно покачал головой. Капитан сделал несколько шагов в сторону и вонзил меч в броню – тот же эффект. Обследовав еще несколько мест, он выключил оружие и вздохнул.
– Увы, похоже тут все залито этой блестящей гадостью. Я теперь, вообще говоря, не удивляюсь, что у этого монстра нет защитных полей. Еще бы, они ему на фиг не нужны, с такой броней.
– Думаю – сказал Рейкер – это что-то вроде абсолютного зеркала. Я, конечно, не физик, однако как-то слышал насчет теории вывернутого пространства. Объяснить это сложно, однако можно попробовать через аналогию. Представьте себе лист бумаги и иглу. Игла прокалывает лист, входя в его лицевую сторону, и выходя из обратной стороны. Доступно?
– Вполне – ответила за всех Джоанна – Но не вижу связи.
– Сейчас поясню. Предположим, вы сумели изменить лист так, что его лицевая сторона становится также и его обратной стороной. У вас это явление получило название ленты Мёбиуса. Если это реализовать практически, то эксперимент с иглой будет иметь именно такой эффект, который мы наблюдаем здесь. Игла, а в данном случае лезвие меча капитана Старка входит в лицевую сторону и выходит из обратной, однако для нас, сторонних наблюдателей, это – одна и та же сторона. Думаю, если приближаться к этому слою изнутри корабля, то эффект будет таким же.
– Я понял – заметил Дик – Получается, что корабль покрыт слоем ... вывернутого пространства и совершенно неуязвим ни для одного материального предмета.
– Если это покрытие действительно реализует идею, которую я до сих пор считал абстракцией, то да, неуязвим. Более того, в группу, как вы заметили, "материальных тел", следует включить все виды излучений, полей и иных воздействий, поскольку они связаны с понятием расстояния, а с пересечением поверхности этого... зеркала направление любого воздействия меняет знак. Это означает...
– Это означает, что попасть в корабль мы не сможем – мрачно констатировал Старк – Если, конечно, не найдем открытый вход. Поскольку со временем у нас сложности, давайте приложим все усилия к поискам. Если мы ничего не найдем, то по крайней мере будем уверены, что использовали все имеющиеся у нас шансы.
Команда снова разделилась и принялась обшаривать огромную поверхность "Файвера". Прошло не менее пяти часов в беспрерывных поисках, пока наконец Дженнингс, который за счет скорости своего зонда смог обследовать куда большую территорию, чем остальные, нашел открытый люк.
Первый труп они обнаружили в небольшой шлюзовой камере – человек... вернее будет сказать эланин, однако каждый из школьного курса знал, что отличить эланина от человека весьма сложно, лежал на полу камеры, вцепившись рукой в крышку люка. Казалось, смерть настигла его в тот момент, когда он попытался открыть броневую плиту, неожиданно тонкую с точки зрения офицеров, привыкших к полуметровой толщине внешних люков.