С началом вечернего заседания в 16:30 стало окончательно ясно, зачем Руденко раньше напирал на пистолет.
Эксперт, подполковник инженерной службы, заявил:
«Пистолет предназначен для бесшумной стрельбы по людям при нападении и защите».
Теперь из меня делали потенциального убийцу — при том что оружием моим был всего-навсего пистолетик калибра .22.
Но этим он не ограничился. Осмотрев другие части моего аварийного снаряжения, он заметил: «Упомянутые ампулы представляют собой зажигательное средство, состоящее из оболочки, горючего состава и тёрочного воспламенителя. На внешней поверхности оболочки имеется краткая инструкция по применению на английском языке. Такие ампулы изготавливаются для особого применения, когда требуется, чтобы пламя действовало на поджигаемый предмет сравнительно долгое время».
Намёк был очевиден. Если бы меня сбили и мне удалось скрыться, я должен был действовать как агент: убивать людей или заниматься диверсиями, поджигая этими «зажигательными ампулами» важные здания и тому подобное.
Спустить это я не мог.
ПОДСУДИМЫЙ ПАУЭРС: Нельзя ли мне взглянуть на одну из тех штук, которые здесь называют ампулами?
Когда мне её подали, я попросил переводчика прочесть вслух надпись на оболочке.
ПЕРЕВОДЧИК: «Запал М-2, горючий. Для приведения в действие проколоть булавкой красную крышку, вытянуть проволоку изнутри. За красную часть не браться. Использовать тонкую сухую щепу, как показано на рисунке». И тут же рисунок костра. Подсудимый Пауэрс утверждает, что это средство служит для разжигания костров, в частности из сырых дров.
ПОДСУДИМЫЙ ПАУЭРС: Что до пистолета, его выдали только для охоты, и я взял его именно для этого. К несчастью, никто, кроме меня самого, не знает, что я не способен убить человека, даже спасая собственную жизнь.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ: Подсудимый Пауэрс, вам ведь известно, что на высоте шестидесяти восьми тысяч футов охотиться затруднительно.
ПОДСУДИМЫЙ ПАУЭРС: Да, известно. Он предназначался только на случай вынужденной посадки.
Другие эксперты изучили подрывной механизм. И снова пошли намёки. «Элементы цепи дистанционного управления не обнаружены… Предохранитель может быть механически связан с любой частью самолёта, отделяющейся при покидании машины лётчиком, — например, с системой катапультирования».
Словом, они намекали, что, воспользуйся я катапультой, меня уничтожило бы вместе с самолётом.
А поскольку элементы цепи дистанционного управления отсутствовали (или, как я подозревал, просто не были приобщены к делу), доказать обратное я не мог.
Дойдя до отравленной иглы, они заявили, что она «найдена на месте падения самолёта, пилотируемого Пауэрсом». Правду им, очевидно, признавать не хотелось: что её проглядели при трёх обысках подряд и обнаружили лишь после того, как меня привезли в Свердловск.
Прекрасно понимая, как это подействует на зал, они выжали из иглы всё, что она могла дать пропаганде. Эксперт показал: «Подопытной собаке был произведён укол иглой, извлечённой из булавки, в верхнюю треть левой задней лапы. В течение минуты после укола собака упала на бок, наблюдалось резкое ослабление дыхательных движений грудной клетки, отмечен цианоз языка и видимых слизистых оболочек. Через девяносто секунд после укола дыхание прекратилось полностью. Через три минуты после укола остановилось сердце и наступила смерть».
Словно этого было мало, он описал такие же опыты на белой мыши и заключил: «Ввиду чрезвычайно высокой токсичности и характера действия яда на животных, а также сравнительно большого его количества на игле следует считать, что при уколе человека этой иглой отравление и смерть наступают столь же быстро, как и у животных».
Так у них появились заголовки для второго дня. Вскоре суд отложили до следующего утра.
Глава девятая
Первые фразы речи Руденко были под стать всему его выступлению: «Товарищи судьи! Я начинаю свою обвинительную речь по настоящему делу, вполне сознавая её огромное значение. Настоящий процесс над американским лётчиком-шпионом Пауэрсом изобличает преступления, совершённые не только самим подсудимым Пауэрсом, но и полностью разоблачает преступные агрессивные действия правящих кругов Соединённых Штатов — подлинных вдохновителей и организаторов чудовищных преступлений, направленных против мира и безопасности народов!»
И дальше в том же духе. «Советский народ, строитель коммунистического общества, занят мирным созидательным трудом и ненавидит войну». Правящие круги Соединённых Штатов «упорно противятся мерам по всеобщему разоружению и уничтожению ракет и ядерного оружия…».