Кухня с печкой, одна комната, горница… Ничего такого, что выбивалось бы из общего представления стандартной избы. Никаких новшеств или подарков от иномирян, которые бы могли подкупить местного пастуха.
Сапоги только новые под лавкой стояли. Рыжие, яркие, с голенищами высокими.
— Ничего себе! — вытащил из-под скамьи парень обнову. — Да он, небось копил на них все лето.
— Дорогие? — подошла Лаванда поближе.
Высокие сапоги напоминали ей ту обувку, в которой реку вброд переходили, чтобы не намокнуть. Судя по всему непромокаемые.
— Да уж недешевые!
— А с кем Варрен живет?
— С матерью, да братом.
Возможно, тем самым братом? Мальчиком одиннадцати или двенадцати лет?
— А брату сколько лет?
— 11 только исполнилось. Он немного туговат, — пояснил парень. — Поздний ребенок.
И постепенно картина начала проясняться. По-хорошему, на мальчишку бы взглянуть.
— А где брат сейчас?
— В школе небось. Где ему еще быть?
И то верно.
— А способности у Варрена или брата есть? — продолжила Лаванда выискивать зацепки.
— Возможно, я не в курсе.
Если у мальчишки открылся талант к невидимости или к чему-то подобному, а Варрен наткнулся на шпионов, которые пообещали ему горы золотые…
Кроме сапог ничего их не выдавало, поэтому спустя еще пятнадцать минут поисков надежда найти камень немного поутихла.
Дверь приотворилась и в нее вошел мальчик. Он был с ранцем за спиной, точно со школы. И да, это был тот самый ребятенок, которого она видела ранее. Курносый, с озорными большими глазками и худеньким тельцем.
— Привет, — улыбнулась девушка мальчишке, который оказался быстрее, чем о нем рассказывал Кай.
Туговатые отнюдь не медленные. Это все ложь.
Он поспешно ретировался во двор, сверкая пятками. Узнал ее?
— Лови его, — заорала Лава, бросаясь следом.
Быстрый пацан уже перелезал забор, направляясь к соседям, когда Лава только выскочила во двор.
Мальчишку поймал Кай, телепортировавшись на ту сторону и подхватив его на земле.
— Попался!
Ребенок мгновенно сообразил, что его ловили не для того чтобы по головке погладить и воспользовался своим детским преимуществом. Он заплакал.
Заорал. Дуром. На всю округу, призывая всех очевидцев, и вынуждая его быстро отпустить.
— Да что ж какой проныра! — выдохнул шатен, выпуская ребенка из рук.
И тот сразу же пропал.
— Зачем отпустил? — прокричала Лаванда, опадая на землю около забора, который она перелезала долгих секунд тридцать, за которые все успело решиться без нее.
— Огоо, — выдохнул Кай. — Он в нейтрали засел. Я за ним.
Парень исчез. Но вернулся через минуту. Понурый и недовольный.
Без мальчишки.
Лаванда лишь улыбалась, глядя на его потуги во втором слое.
Кай бегал по небольшому слою, выглядывая в разные окна в его поисках и не находил.
Потому что его не было нигде. Видение Кая не позволяло ему заглянуть дальше второго слоя.
— Его нет нигде! — сообщил парень с печалью в глазах, появляясь перед ней. — Как он это сделал?
Само собой. Он был не во втором слое. Найти его там невозможно.
— Не волнуйся, я его вижу, — усмехнулась девушка.
Мальчишка был прямо перед ней. Стоял не шелохнувшись и поглядывая вокруг себя. Даже не спешил убегать. Хитрый до невозможности он остался стоять рядом, чтобы еще и подслушать их замыслы!
Туговат? Да они здесь все тогда туговаты!
— Где? — заозирался Кай.
Лаванда ткнула пальчиком в ребенка, стоящего поблизости. Тот деловито поглядывал, то на Кая, то на нее. Совершенно не боялся. Привычный оказался. Небось не в первый раз такое проворачивал.
— Ничего не вижу.
Не зная, получится ли, девушка протянула к нему руку. Была уверенность, что она не сможет его схватить. Он же в другом месте. Перед ней нет никого.
Ее пальцы будто попали под воду, размываясь в новом слое. Настигло приятное ощущение прохлады, будто в желе угодила. Она сделала шаг вперед и уцепились за рубашку мальчишки.
— Я могу… — прошептала она, потянув того на себя.
Удивительное ощущение. Казалось, она сейчас на все способна. Супергероиня. Не меньше.
Через секунду ребенок стоял перед ними с огромными от страха глазами, моргая от удивления. Уже не такой уверенный в себе, как был в ином слое. Вместо него стоял несчастный, затюканный ребенок, преобразившийся до неузнаваемости.
— Сейчас тебя злая тетя клац-клац, — уверила его девушка, потирая ручки и нагоняя еще больше страха.