– Я же не знал, что это за богатство. Да нет, дело не в деньгах! Просто вот расстанемся мы, разбредемся по Зоне, и всякий раз во время Всплеска смогли бы вспоминать былые деньки, сидя каждый в своем пузыре.
– Все, Пса потянуло философствовать. Растет малец, – хмыкнул Нежить, глядя на парня с усмешкой.
– Да, но я в курсе, что учиться еще предстоит многому! – Бывший новичок с беспокойством напомнил о недавних словах наставника. А то еще надумает уйти раньше времени, с контуженого станется.
– Многому, многому. Давайте, что ли, покемарим. Все равно безобразие снаружи не скоро закончится.
– А как мы поймем, что пора выходить? Твои сталкеры об этом говорили? – прочистив наконец горло, поинтересовался коротышка.
– Кстати! Что-то помню. Пузырь сам откроется вроде, – неуверенно ответил сталкер.
– Тогда мы подежурим. А то мало ли что снаружи окажется? Мутанты, например, – предложил Пес.
– За это спасибо. Меня всегда в сон клонит во время Всплеска. Так что, с вашего разрешения, я подремлю.
Нежить подложил под голову огромный рюкзак и уже через минуту мирно засопел. Дробовик тем не менее лежал так, чтобы хозяин мог им воспользоваться немедля, если вдруг возникнет необходимость.
– Вот странный человек наш наставник. С общением проблемы, с людьми не в ладах, а в такой обстановке дрыхнет, словно у себя дома, – удивился происходящему Егор.
– Он же сказал, что во время катаклизма вырубается. Тише, дай человеку поспать.
Пса хватило на несколько минут. Поначалу молодой сидел спокойно, мечтательно разглядывая так поразившее его убежище. Затем в ход пошли руки. Они начали шуршать содержимым рюкзака, перекладывать с места на место пожитки. Наконец парень не выдержал:
– Шнурок. Вот ты человек опытный в порталах. Можешь мне объяснить, почему на этот раз проход открылся?
– Сам не знаю. Я ведь уже был готов к тому, что мы с тобой пойдем разведывать новый коридор. На мои умения надежды не осталось. И на́ тебе, получилось. Только не могу взять в толк, по какой причине мы оказались тут. Всегда портал вел в одно и то же место за Периметром.
– Может, это потому, что мы все сразу вошли? Ведь когда нас чуть не раздавил поезд, мы тоже цеплялись друг за друга.
– Кто знает. Твоя версия выглядит правдоподобно, только истину, боюсь, нам не узнать. – Уставший коротышка не хотел спорить.
– А давай снова попробуем?
– Что попробуем?
– Ну, под поезд. Проверим, окажемся ли мы опять в нашем доме. Я, кажись, детектор там забыл, – с надеждой предложил молодой парень.
– Который у тебя под ногами лежит? Вон, ты его чуть не раздавил подошвой.
– Ой, точно! Вот же он! Ну, все равно надо бы проверить мою новую теорию.
– Знаешь, Пес, иди-ка ты. Мне одного раза хватило, чуть не рехнулся. Хочешь, чтобы остатки моих волос выпали? И это в лучшем случае. Гарантируешь, что мы попадем куда надо? И нас не размажет по чистеньким рельсам? Хочешь испытать судьбу – делай это в одно жало.
– Не бывать такому сталкером, Олежа. Нет в тебе куражу.
– Зато жизнь еще теплится. И пусть так и останется.
– Ладно, посмотрим. Это я не про твою теплящуюся жизнь! Но все равно приятно сознавать, что мы выбрались не без моего участия. – Пес с улыбкой улегся на свой рюкзак, закинув руки за голову.
– Главное – выбрались. Согласен отдать все лавры тебе в честь удачного вызволения. В доме пожить, конечно, было хорошо, и я уверен – через какое-то время буду с теплом и ностальгией вспоминать те времена. Но я рад, что все закончилось. Ладно – съестное, но вот воды становилось все меньше, и это начинало сильно беспокоить.
– Чего заканчивалась-то? Еще целая бутыль и в последней немножко. Протянули бы, – не сдавался Егор.
– Ноги бы мы протянули рано или поздно. Как представлю эту картину, аж живот леденеет.
– Наставник наш опытный выживальщик, придумал бы что-нибудь.
– Я твой намек понимаю. Нет, хорошо, что хорошо закончилось. Но ты и впрямь молодец. Почувствовал же интуитивно, что последний день проводим на кухне, – смягчился Шнурок, понимая настроение напарника.
– Ты что, похвалил меня? Да, кухня была здоровская. Ой, слушай, а я полотенце повесил или забыл? Оно мокрое было.
– Не начинай.
– Ладно.
В убежище воцарилась тишина, каждый теперь думал о своем. Коротышка начал ерзать на занятом пятаке. Не слишком ли сурово он обошелся с приятелем? Разве молодой виноват, что вырос таким сентиментальным? Сам Шнурок в его годы похуже был.
– Как думаешь, сектанты нас еще ищут? Уже целый месяц прошел. – Ничего другого для возобновления беседы Олег придумать не смог.