— Сколько жертв?
— Не меньше шестидесяти человек за одну ночь. До рассвета они не дали нам ни минуты покоя. Потом ушли. Когда взошло солнце, господин Ясур попытался с оставшимися боевиками прорваться к кораблю, но ничего не вышло. Чужие нас не пропустили. Ещё ночь, ну, может быть, две — и они уничтожат всех.
— Сколько боеспособных людей осталось у этого твоего Ясура?
— Вчера вечером, когда все были живы, — двадцать пять. Утром выяснилось, что осталось двенадцать. Точнее, уже одиннадцать. Когда я сбежал из Айрон-Рока, один Чужой… Словом, он убил моего сопровождающего.
Гильгоф подозрительно нахмурился, слушая, и спросил:
— А почему он вас не убил?
— Это был Мистер Пиквик, сэр. Он меня узнал не стал трогать. Я с этим зверем очень долго работал на Сцилле. Пиквик самый спокойный из всей стаи. И умный. Он тоже участвовал в атаке на главный корпус, я его видел, но… Он не станет делать ничего плохого именно мне. Он слышит приказы ретранслятора, однако, в отличие от всех остальных Чужих, исполняет команды. Если только прибор в моих руках. Зверь мне доверяет. Почему — не знаю, верное, оттого, что я всегда хорошо к нему относился.
Снова задал вопрос Казаков:
— Мы можем связаться с командиром джихадов, как его?..
— Господин Ясур, — напомнил Дугал. — Очень филичный, образованный человек, хотя и фанатик, наверное, не сможете. Террористы были настолько уверены в том, что акция пройдёт без сучка и задоринки, что не взяли с корабля ни одной системы дальней связи. Только переносные рации с минимальным комплектом батарей. Вы не сумеете их достать направленным лучом или радио любого диапазона — у джихадовцев свой особый код, который никто не знает. Перехватить их сигнал невозможно, и точно так же невозможно вступить с ними в контакт, не зная кодировки. А когда Чужие — вот умные твари! — обесточили центральные здания, повредив кабель электростанции, полностью отказал гравитационный привод и все прочие системы дальней и ближней связи.
— А ты? — Казаков слегка пнул носком ботинка сумку Дугала, стоящую под столом. — Ты же смог разговаривать с нами!
— Портативный ноутбук, при нём — складная антенна, способная посылать направленный луч на расстояние до трёхсот миль, и установленная программа экстренной связи. Разработка корпорации «Майкрософт». Глючит иногда, но Гейтсы всегда этим были грешны. Выпустят программу с недоделками, потом изволь докупать к ней недостающие аксессуары… Я эти штуки постоянно с собой таскаю, вещь полезная. Только антенну спёр у господина Ясура. Он, наверное, очень злится… Это была единственная.
— И тем самым ты, придурок, лишил нас возможности поговорить с колонией и освободить людей, — со злостью в голосе рявкнул лейтенант, хлопнув себя ладонью по колену. — Нам кровь из носу нужна связь с Ясуром! До заката два часа. Если мы не выведем заложников до наступления темноты… Сколько прошлой ночью погибло? Шестьдесят человек? Воображаю, какую резню устроят сбрендившие Чужие сегодня! Ты хоть понимаешь, что они мстят людям? Если раньше они относились к нам только как к существам, пригодным в пишу и для выращивания эмбрионов, то теперь… Мы для них враги. Врагов Чужие будут уничтожать.
— Почему? — округлил глаза Дугал. — А Мистер Пиквик? Он вполне нормален, если можно так сказать про Чужого.
— Стой, стой! — вскричал Гильгоф, вскочив со своего кресла так, будто сидел на еже. — Пиквик — я правильно запомнил кличку этой твари? Он тебя слушается? Конкретно тебя — дружка-приятеля? Есть!
— У вас, Вениамин Борисович, — вздохнула Маша, — очередной гениальный план?
— Именно! Укрепить на Чужом портативную систему связи и послать его в Айрон-Рок. Его не обязательно пристрелят. Если Чужой проявит сообразительность, в чём я уверен, он доставит прибор на место, а сам потихоньку смоется, если уж мистеру Мак-Эвану так хочется сохранить его жизнь.
«Ну, это он зря надеется… — мельком подумал лейтенант. — Когда эвакуируем людей, Чужими придётся заняться вплотную. И перебить всех до одного!»
— Это мысль, — рассудительно сказал Бишоп. — Или, например, можно послать человека под охраной Чужого. То есть не совсем человека. Животные не видят во мне врага. Я для Чужих только механизм. Понимаете? По крайней мере, я сумею растолковать этому господину Ясуру наш план.