Я посмотрел на планшет, взял его в руки и разблокировал. С экрана на меня смотрело лицо Молотова. Недолго думая, я нажал на кнопку и начала проигрываться видеозапись.
Молотов держал в руках планшет и ходил по комнате взад-вперёд. Глядя на него, я понял, что запись сделана совсем недавно, потому что одет он был точно так же, как и при нашей последней встрече и вообще выглядел таким, каким я его запомнил. Только я не мог понять, где он ходит.
– Сержант Рут, мне жаль, что я не сказал вам сразу, но я серьёзно болен. Впрочем, вы и сами всё видели, но это лишь одно из следствий происходящего со мной. Разум мой туманится, я уже почти ничего не вижу, теряю сознание и ещё испытываю много того, о чём рассказывать мне бы не хотелось. Жить мне осталось недолго, к тому же, после того, как…– Молотов опустил голову и поправил очки, –…после того, как я узнал, что случилось с Мальтой, жизнь моя более не имеет смысла.
Когда я начал работать на Рубинштейна, я совершил самую серьёзную ошибку в своей жизни, которую только мог совершить. Как бы там ни было, о прошлом говорить не имеет никакого смысла, и каждый ответит за то, что он сделал, но вы! Вы можете всё исправить. Вам нужно возвращаться в нашу реальность и сделать то, чего я уже сделать не в силах. Вы должны…– Молотов сильно закашлялся и на несколько секунд пропал из кадра. Когда вернулся, то был весь красный и его сильно шатало, –…остановить это. Я оставил для вас сияние. Разумеется, у меня оно было, иначе я не смог бы пользоваться электричеством. На этой гиблой планете нет ничего, кроме ящериц. Этот мир мёртв и даже ящерицы – последние существа, которые скоро вымрут.
Пока что нам не удалось использовать сияние, чтобы открыть дорогу в другие миры кроме этого, и я надеюсь, что не удастся, иначе Рубинштейн...– Молотов снова закашлялся, выронил планшет и осел на пол. Прошло несколько секунд, приступ минул, учёный поднял планшет и направил его на себя. Я заметил следы крови в уголках его губ.
– Моё время подходит к концу, так что…– Молотов тяжело вздохнул и прочистил горло, –…я перейду к делу. Внизу за доской вы найдёте карту. По ней вы сможете добраться до пещеры, в которой я соорудил портал. С помощью сияния вы сможете активировать портал и вернуться в наш мир. Когда вы окажетесь в нашей реальности, вы должны вернуться в моё убежище и забрать сияние. Выход их убежища находится за резервуаром П-3. Он выведет вас на поверхность, и до центрального комплекса останется рукой подать. Код от двери: один девять пять девять шесть четыре восемь два.
Помните, нельзя допустить, чтобы сияние попало в руки кому-то другому, кроме вас, даже если это будут члены вашей команды. Вы можете им верить, но я говорю вам, что Рубинштейн…– Молотов тяжело кашлянул, –…вы…думаю, что вы понимаете. Как только сияние окажется у вас, поднимитесь на самый верх башни, войдите в шпиль, код…запишите куда-нибудь код, сержант Рут. Его нельзя забыть! Код девять, восемь, четыре, один, три, шесть, один, три.
Как только вы окажетесь внутри, вы увидите реактор. Он снабжает электричеством весь остров и активен всегда, поэтому…– Молотов тяжело вздохнул, –…поэтому дополнительная активация не потребуется. Вам нужно открыть лопасти турбины и бросить сияние внутрь. Только так можно расщепить свет внутри сферы…это единственный выход, сержант Рут. После того, как вы погрузите сияние в реактор, свет высвободит энергию, которая уничтожит всех существ на острове, а значит…значит…кху-кху…значит, планам Рубинштейна не суждено будет сбыться. Он останется ни с чем, а вы своими действиями спасёте человечество от верной гибели.
Не теряйте времени, сержант. Чем дольше вы находитесь здесь, тем быстрее распространяется зараза. Идите. Идите и спасите мир.
Молотов сильно закашлялся, выронил планшет, и запись прервалась.
Просмотрев запись, я положил планшет на стол, встал и быстро огляделся. Нашёл автомат, взял его и перекинул через плечо, проверил остальное снаряжение и бросился вниз. На пыльном столе я нашёл листок, взял карандаш и записал продиктованные мне Молотовым цифры от двух кодовых замков. Я их, конечно, запомнил, но когда я вернусь на остров, произойти может столько всего, что цифры могут вылететь из головы. Записав цифры, я спрятал листок в подсумок.