– А вы всё-таки умнее, чем кажитесь, сержант. Мне пришлось увеличить энергию сияния, чтобы они не мучились. Я не мог заставлять их мучиться. Многие просто сгорели заживо. Я не мог на это смотреть…
Я сделал шаг вперёд.
– Вы чёртов псих, Молотов! Вы знали?
Молотов убрал пистолет от виска и вытянул его перед собой, размахивая им.
– А что бы сделали вы?! Что?! Продолжали бы работать под гнётом Рубинштейна?! Зная, что с нашими данными он будет продолжать опыты над людьми до тех пор, пока не осуществит свои безумные планы! До тех пор, пока не создаст армию послушных солдат-мутантов! Вы не понимаете! Вы не знаете!
– Чёрт побери да, я не знаю! Но это не оправдывает смерти людей!
– Они знали, сержант Рут! Зна-а-а-ли! Они знали всё! Если бы выжил хоть кто-нибудь, то Рубинштейн смог бы осуществить свой план!
Ещё один маленький шаг, и я смогу предотвратить это, пусть даже он заслужил смерти. Он вернётся на остров вместе со мной. Вернётся и расскажет, как всё исправить, а после я сдам его властям. Отдам командованию и пусть делают с ним, что хотят. Он должен ответить за всё и ответит.
– Вы бы поступили так же! Поверьте! Так же!
Молотов снова поднёс пистолет к виску и положил палец на курок.
– Вы никогда не поймёте меня! Не сможете! Я работал во благо всего человечества! Во благо науки и нашего с вами светлого будущего!
– Мальта! Её вы тоже убили? Спросил я, желая отсрочить неминуемое, отвлечь учёного, вывести его на эмоции.
– Да как ты смеешь?! Я любил мою Мальту! Мою дражайшую Мальту! О, любовь моя! Я бы всё отдал, лишь бы ты сейчас была рядом!
Я сделал ещё шаг и приготовился к рывку.
– Если бы она только знала, если бы она знала, как я по ней скучаю!
– Она знала?! Знала, что вы собираетесь сделать? Знала, что вы убийца?!
– Мальта не знала! Она бы никогда…
Я сорвался с места, сделал три больших шага и прыгнул. Молотов вытянул перед собой пистолет и спустил курок. Раздался выстрел.
Глава 5
Пуля просвистела мимо, и я ухватил Молотова за ноги. Учёного бросило вперёд, он полетел вниз, и меня потянуло вслед за ним, но я упёрся носками ботинок в землю, изо всех сил напрягая руки, чтобы не выпустить из ладоней тяжёлое тело. Молотов болтался в воздухе, пистолет вылетел у него из рук, очки слетели с носа.
– Отпустите меня! Вы не понимаете! Они убьют меня! Будут пытать!
– Вот там и посмотрим! Заорал я в ответ и напрягся, пытаясь затащить Молотова наверх, но у меня не получалось.
– Отпустите! Снова крикнул Молотов и начал пытаться вырваться из моей хватки. – Я сказал, отпустите!
Молотову удалось высвободить одну ногу, его бросило в сторону, и он, вскрикнув, замахал руками в воздухе. Учёный посмотрел на меня, лицо его наполнилось злобой, и он пнул меня по голове.
– Я…так…просто…не дамся! Крикнул учёный, в паузах между словами пиная меня.
Я зарычал и в тот момент, когда Молотов в очередной раз пнул меня по носу, схватил его вторую ногу и, гребя ногами по песку, начал отползать назад. Руки у меня дрожали от напряжения, и я не знал, сколько ещё протяну. Напрягшись всем телом, я потянул Молотова наверх.
– Отпустите! Рубинштейн не получит мои знания! Он не получит меня! Верещал Молотов, но я его уже не слушал. Нащупав опору, я подтянул ноги и согнул их в коленях, уперевшись ими в землю. Стало легче, но Молотов продолжал вырываться.
Молотов подтянулся, я увидел его лицо, он поднял руку и бросил в меня камень. Камень попал мне в висок, и его прожгло болью. Я почувствовал, как по лбу скатываются капли крови.
Предприняв новое усилие, я поднялся с колен и встал, продолжая удерживать Молотова за ноги. Сделав два больших шага назад, я повернулся в сторону и швырнул Молотова на землю. Руки у меня жгло, грудная клетка раздувалась, сердце в груди колотилось со скоростью пулемётной очереди, а в душе вскипал гнев. Самый настоящий животный гнев. Я хотел схватить Молотова за его узкую длинную шею и придушить. Чтобы он ни слова мне больше не сказал. Чтобы корчился в муках, с ужасом глядя на меня в ожидании собственной смерти.