В дверь постучали. «Танька!» — сердце застряло в горле от предчувствия, я возился с ключом в замке, руки не слушались, открывайся же, сука, металлический язычок щелкнул — в коридоре стояла Марьяна, секунда разочарования и, я, схватив ее за руку, втянул в номер.
День до отхода поезда длился бесконечно, томительно, вязкий, я не видел больше Марьяну, она ушла из моего номера, когда уже начались занятия, их группа уехала в двенадцать часов, мы не успели попрощаться, только СМС-ка в телефоне — «смайлик», хитрая рожица показывает язык и текст — «не говори Тане». Сама Танька была бледной и сосредоточенной, ничего не напоминало о вчерашней ночи, кроме усталых и задумчивых глаз.
— Я взял нам билеты в СВ, если ты не против, — мы стояли на перроне в ожидании поезда. Нина Сергеевна и Екатерина Васильевна умчались покупать «Киевские торты» в привокзальных ларьках.
— У меня же есть билет, — Танька вздрогнула и с сомнением на меня посмотрела.
— Выкинь. Нам надо выспаться. А с этими курицами будешь мучаться всю ночь. Заболтают до нервного расстройства.
— Хорошо, — равнодушный чужой голос.
— Если ты хочешь спросить… — начал было я разговор о вчерашней ночи.
— Не надо, — быстро отреагировала Танька и, уже мягче, — не надо.
— Я имел в виду…
— Я тебя прошу, не сейчас.
— Может тебя интересует…
— СЕ-РЕ-ЖА, — она произнесла мое имя по слогам, прямо глядя в глаза и покрываясь румянцем.
— Все, потом… Хорошо. Где наши бабы? Уже посадку объявили!
— Не маленькие, сами справятся. Какой у нас вагон?
— Седьмой… Действительно, я же не пастух, билеты у них на руках, разберутся без нас.
В двухместном купе я почувствовал себя комфортнее, Таня, видимо, тоже. Мы молча смотрели сквозь чистое воздушное стекло на перронную суету — сумки, дети, вцепившиеся в руки своих мамаш, согнутые под тяжестью баулов отцы, скучные провожающие, мечтающие покинуть нервозный мир вокзалов и поездов. Мимо нашего окна пронеслись Нина Сергеевна и Екатерина Васильевна с многочисленными коробками тортов.
— На всю жизнь запасаются? — хмыкнула Танька.
Я улыбнулся и вытащил бутылку «Хеннесси», купленную в магазине рядом с учебным центром.
— Не против?
— Только чуть-чуть…
— Естесссственно. Тут и стаканчики приготовлены. Сервис, ёшкин кот…
— Надо было еды какой-нибудь купить, — Танька обреченно смотрела, как я открываю бутылку.
— Захотим поужинать — в вагон-ресторан сходим. А для коньяка я вот что приготовил, оп! — с этими словами я достал из дорожной сумки огромное красивое яблоко, явно импортного происхождения, — мне один умный человек посоветовал коньяк яблоком закусывать. Запивать хороший коньяк пошло. Лимон все портит. Остаются яблоки. Хотя, это яблоко, наверняка силиконовое, слишком нарядно выглядит для живого.
— Турецкое? — Танька взяла его в руки, — пахнет как настоящее.