— Нет, — я отрицательно мотнул головой. — Если знать, на что можно надавить. А я — знаю.
— Кажется, — немного помолчав, Наливкин наморщил лоб, — я понимаю, о чём ты.
— Что? — Капитан Орлов недоверчиво посмотрел на Наливкина. — Вы решили мне угрожать, товарищ майор?
— Я не угрожаю, товарищ капитан, — тон Наливкина был предельно холодным и деловым. — Просто констатирую как факт.
Орлова мы нашли у пленных Мирзака и Халим-Бабы. Они с Тюриным уже допрашивали обоих пленных и, казалось, даже особо не собирались выдвигаться к расположению разведвзвода.
Когда мы приблизились, Тюрин как раз спрашивал у Халим-Бабы что-то на дари.
— Значит, вы должны понимать, — Орлов приподнял голову, — что ваше решение повлечёт за собой далеко идущие последствия.
При этом особист то и дело посматривал на меня. Взгляд его быстро перескакивал с меня на Наливкина, но в нём не чувствовалось ни беспокойства, ни растерянности. Лишь полнейшая убеждённость в своей правоте. В своём праве.
— Я могу забрать американца, — сказал Наливкин. — А вы нет. И я сделаю это.
— Далеко идущие последствия, товарищ майор, — прищурившись, напомнил Орлов. — Очень далеко идущие.
— Значит, теперь мне угрожаете вы? — Наливкин тоже прищурил глаза.
— Товарищ майор, — вмешался я, когда перебранка офицеров начала мне надоедать, — разрешите обратиться к товарищу капитану.
Орлов уставился на меня полным подозрительности и раздражения взглядом.
— Разрешаю, — ухмыльнулся Наливкин, который явно понял, к чему я веду.
— Если вы хотите забрать американца, товарищ капитан, — не теряя времени, обратился я к Орлову, — у нас с товарищем майором есть несколько условий.
— А товарищ майор не может сказать за себя? — ещё более раздражённо проговорил Орлов.
— Может, — Наливкин непринуждённо улыбнулся. — Ещё как может. Да только случилось так, что у Селихова условий больше, чем у меня. А у меня только одно.
— И какое же, разрешите узнать? — спросил Орлов.
Наливкин посерьёзнел.
— Старший сержант Селихов и сержант Канджиев самовольно не отлучались с места несения службы, — сказал Наливкин. — Старший лейтенант Муха не попустительствовал ему в этом вопросе. Сержант Геворкадзе тоже. Им не будет предъявлено никаких обвинений по той простой причине, что всего этого, — Наливкин окинул руины, пограничников и пленных душманов, — не было. Селихов взял Стоуна в составе моей группы, по моему приказу. Взамен — американец ваш.
— Вы со мной торгуетесь? — спросил Орлов, однако явно задумался над нашим с Наливкиным предложением.
— Это ещё не всё, — я вклинился в разговор.
Капитан Орлов, возмущённый этим, резко глянул на меня. Его будто прострелило от подобной дерзости.
— Потому что мне нужно от вас ещё кое-что, товарищ капитан, — продолжил я.
Глава 13
— А вам не кажется, товарищ Селихов, — холодным, как сталь, и столь же звенящим голосом начал Орлов, — что вы несколько не в том положении, чтобы вообще выставлять какие-либо условия, а? Во всем этом деле вы — лишь объект переговоров. Но никак уж не их участник.
Наливкин, который обычно выглядел достаточно жизнерадостным человеком, помрачнел так, что от его вида, кажется, даже Орлов забеспокоился. Хотя особист всеми силами старался скрыть свои эмоции, его выдавали собственные глаза.
— Ну что ж, — заговорил майор Наливкин. — В таком случае я, пожалуй, забираю американца себе. А вы, товарищ капитан, начинайте думать, какой рапорт подготовить начальству.
Орлов зыркнул сначала на пограничников, стоявших неподалеку, потом на молчавшего Тюрина и, наконец, на меня. Взгляд его на мне задержался совсем ненадолго и внезапно скакнул на Наливкина.
— А как я посмотрю, товарищ старший сержант ваш хороший друг, да, товарищ майор?
Мы с Наливкиным молчали.
— Я знаю, — продолжил Орлов, — что Селихов был задействован в одной из ваших операций на сопредельной территории. Оттуда растут ноги вашего товарищества? Ну так знайте — если вы забираете американца, Селихов от трибунала не уйдет. Я досконально допрошу каждого, кто мог иметь любое касательство к тому, что Селихов самовольно отлучился от места несения службы. Нужные люди получат нужные материалы. А товарищ старший сержант получит по заслугам. Где бы он ни находился.
Я хмыкнул.
Орлов зыркнул на меня.
— Тебе смешно, старший сержант?
— Значит, вы всё-таки готовы договариваться, раз уже торгуетесь, не так ли?