Конечно, винить девчонку в ее нервозности было глупо. Да я и не собирался.
— Саша, — тихо сказал я, вполне себе беззаботно поглядывая на троицу парней.
— А… а меня…
— Лида? — Я хмыкнул.
— Н-нет, — девушка мотнула головой, и на ее кругловатом симпатичном личике на миг вспыхнула улыбка, — Света я.
— Ну, стоило попробовать, — я пожал плечами. — Вдруг угадал.
— Не угадали, — она замялась.
Девушка сжалась так, будто коснись она случайно плечом моего плеча, немедленно получила бы ожог не меньше второй степени.
Полминутки опять помолчали. Я внимательно, хотя и украдкой, наблюдал за парнями. Те шептались.
— С-спасибо, — вдруг поблагодарила она снова. — Если б не вы…
— Пока еще не за что.
— За то, что вступились.
Света опасливо взглянула на хулиганов. Заметив, что здоровяк сверлит ее взглядом, тут же отвела глаза.
— Может… Они все же не пойдут за нами… — сказала она, сжимая свою шапку ручками в варежках с откидными клапанами.
— Будем надеяться. Если даже пойдут, я провожу вас до следующей остановки. И не дам им сесть в автобус.
Света вдруг резко повернулась. Удивленно уставилась на меня.
— Они… Их же трое. А вы один…
— Ничего страшного, — заверил я ее и улыбнулся. — Все будет хорошо.
— Может… Может мы найдем милиционера?
— Посмотрим. Может и найдем, — сказал я, совершенно не надеясь на такую удачу. Я вообще не привык надеяться. Особенно на хорошее.
Минуты тянулись, и через широкие, грязные окна автобуса я заметил замаячившую впереди автобусную остановку. Остановка, располагавшаяся в каком-то спальном райончике, рядом с пятиэтажными панельками, оказалась полупустой.
Девушка тоже ее заметила. И в Светиных глазах отразился настоящий ужас. Она побледнела еще сильнее. Лицо ее, казалось, вытянулось от удивления. Света сглотнула.
— Готовы? — тихо спросил я.
— Я…
— Все будет хорошо. Выходим вместе.
Тормозные барабаны автобуса загудели. Он медленно подкатился к бетонной остановке. Зашипел, распахивая двери.
— Идите, — сказал я. — Я за вами. Не торопитесь.
Девушка украдкой выдохнула и встала. Надела свой вязаный беретик.
Я заметил, что из автобуса торопливо вышел рабочий. Бормоча что-то себе под нос, бабуся с авоськами принялась спускаться по ступеням вслед за ним. Девочки, что строили мне глазки, встали в очередь на выход. Одна из них, казалось, потеряла ко мне всякий интерес, а вторая посматривала на Свету с какой-то неприязнью в больших карих глазах.
Хулиганы не пошевелились. Так и сидели они на диванах, провожая нас со Светой взглядами.
— Кажется… Кажется, они не уходят, — шепнула Света, краем глаза посматривая за троицей.
— Идем, — поторопил ее я.
Мы спустились по ступенькам. Оказались в вязком, промозглом холоде Алма-Атинского вечера.
Стоявшие на остановке люди, терпеливо дождавшись, пока пассажиры выйдут, хлынули в салон автобуса.
— Кажется, кажется, они не идут, — повторила Света, но уже гораздо радостнее и с каким-то облегчением в голосе.
— Пойдем во дворы, — сказал я. — Пусть считают, что мы приехали, куда нам надо.
Мы быстро зашагали прочь от остановки. Когда достигли грязного от слякоти и песка тротуара, девушка оглянулась и испуганно вздохнула.
Троица пробивала себе путь из автобуса, нагло расталкивая последних, норовивших войти в салон пассажиров.
— Они… — хотела было выдохнуть она, но не успела.
— Все хорошо. Идем. Не оглядывайтесь, — перебил ее я.
Мы двигались по тротуару. Затем я завернул во дворы, потянув за собой и Свету. Доводить до драки не хотелось. Шумиха в училище, которая могла последовать за новостью о том, что один из слушателей курсов прапорщиков подрался в городе, мне была не нужна.
Правда, расчет не оправдался. В заснеженном вечернем дворе почти не было людей. Лишь какие-то бабульки сидели на лавочке возле подъезда. Да и они быстро ушли, когда заметили, как заходят сначала мы со Светой, а потом и троица незнакомых парней.
Девушка разнервничалась по-настоящему. Она ускорила шаг, едва не переходя на бег. Нервно оборачивалась, даже несмотря на то, что я просил ее этого не делать.
— Они… Они гонятся за нами, — снова сказала девушка, когда заметила, как и нахальная троица ускорила шаг. — Они… Я сейчас буду кричать…
— Тихо. Все под контролем, — успокоил ее я.