3. С лебадийцами граничат жители Херонеи. В древности город у них назывался Арна. Говорят, что Арна была дочерью Эола и по ее имени назван и другой город в Фессалии. Теперешнее название Херонеи ей дано от Херона, который, говорят, был сыном Аполлона, а матерью его была Феру, дочь Филанта. Это подтверждает и поэт, написавший "Великие Эои":
Славного дочь Иолая супругою взял себе Филас: Богиням Олимпа была она видом подобна. Сына ему Гиппота в чертогах царских родила, Дочь родила Феро миловидную; лунному свету Дева подобна была; в объятья упав Аполлона, Сына Феро родила Херона, могучего силой.Гомер, как мне кажется, хотя и знал, что эти места уже называются Херонеей и Лебадией, однако применял к ним старинные названия, подобно тому, как он говорит "река Египет" вместо Нила.
4. У херонейцев на их земле есть два трофея, которые поставили римляне и Сулла, победив войско Митридата под начальством Таксила. Филипп же, сын Аминты, не ставил трофеев ни здесь, ни в других местах, где он одерживал победы над варварами или над эллинами. Ибо нет такого обычая у македонян, чтобы ставить трофеи. Говорят, когда в Македонии царствовал над македонянами Каран, он победил в битве Киссея, властвовавшего над соседней страной. По аргосским законам, Каран после битвы в знак победы поставил трофей; но, как гласит предание, с Олимпа спустился лев и опрокинул трофей и его уничтожил, — и стало понятно, что неразумно сделал Каран, поставив трофей как знак непримиримой вражды с соседними варварами, поэтому ни сам Каран, ни последующие цари македонские не сочли себя вправе ставить трофеи, если они рассчитывали в будущем заключить дружбу с соседями. Это предание подтверждается и действиями Александра, не воздвигшего трофеев в память победы ни над Дарием, ни над индийцами.
5. Когда подходишь к городу, то тут встречается братская могила фиванцев, погибших в битве с Филиппом. На этой могиле нет никакой надписи, но над ней поставлено изображение льва; это символ мужества этих людей; а надписи, думаю, нет потому, что судьба, посланная им божеством, не соответствовала их решимости.
6. Выше всех богов херонейцы почитают тот скипетр, который, по словам Гомера, Гефест сделал для Зевса; взяв его от Зевса, Гермес передал Пелопу, Пелоп оставил в наследство Атрею, а Атрей — Фиесту, а от Фиеста его получил Агамемнон. Вот этот скипетр они и почитают, называя его копьем. И что в нем есть нечто божественное, вполне ясно из того высокого положения, которое он давал его обладателям. Херонейцы говорят, что он был найден на границе их страны и области панопейцев в Фокиде, вместе с ним фокейцы нашли и золото, но что для них, херонейцев, было гораздо приятнее вместо всякого золота взять этот скипетр. Я думаю, что он был завезен в Фокиду Электрою, дочерью Агамемнона. Для него нет общенародного храма, но ежегодно избираемый жрец хранит его в своем доме. Этому скипетру каждый день приносятся жертвы, и перед ним стоит стол, на котором лежали в изобилии всякого рода мясо и лепешки.
XLI1. Все то, что поэты воспели как произведения Гефеста и что услужливая людская молва передала (потомству), кроме скипетра Агамемнона, все это не заслуживает никакого доверия. Ликийцы в Патарах, в храме Аполлона, показывают медную чашу, утверждая, что это дар Телефа и произведение Гефеста. Но, по-видимому, им неизвестно, что Феодор и Ройк с Самоса были первыми, кто стал плавить медь. Патрейцы в Ахайе хотят уверить, что произведением Гефеста является тот ларчик, который Эврипил привез из Илиона, но на деле они не разрешают его осматривать.
2. Есть на Кипре город Аматунт, а в нем есть древний храм Адониса и Афродиты. Говорят, что в этом храме хранится ожерелье, некогда данное Гармонии; его называют ожерельем Эрифилы, так как она получила его в подарок, продав за него своего мужа. Дети Фегея посвятили его в Дельфы; каким образом оно попало в их руки, мною уже рассказано, когда я описывал историю Аркадии. Из Дельф его похитили фокейские тираны. Но мне лично кажется, Что оно находится вовсе не в Аматунте, в храме Адониса. В Аматунте хранится ожерелье, состоящее из зеленых камней, оправленных в золото. А то ожерелье, которое было дано Эрифиле, по словам Гомера, было золотое. Он так о нем говорит в "Одиссее":
Гнусно предавшую мужа, прельстясь золотым ожерельем…Конечно, Гомеру не были неизвестны разноцветные ожерелья. Так, в рассказе Эвмея Одиссею, прежде чем Телемах прибыл к себе домой из Пилоса, в этом рассказе есть такие стихи:
В дом он отца моего дорогое принес ожерелье: Крупный электрон висел на том золотом ожерельи.