Выбрать главу

 

Глаза молодого паренька загорелись от заманчивой речи блондина, соблазну которой противостоять было невозможно.

 

— Я понял тебя, Стив.

 

— Вот и отлично, — кивнув прощальный короткий кивок парню, Стив вышел из тесной комнаты.
 

Теперь его ждала манящая атмосфера клуба. И что-то странное манило его туда. Его тело и разум жаждали скоротечно, беспрекословно отправиться в обитель развлечения и своеобразной похоти.


 

***

 

 

Неспешным взглядом провожу по клубу. Встречаются знакомые лица, в основном девушки. О, да, я их запомнил. Вон та блондиночка за баром уж очень умело работает своим болтливым ротиком. Или вон — форменная брюнеточка на танцполе, та ещё дьяволица, её страстной выдержки в постели может позавидовать каждая.

 

Перевожу взгляд в дальний угол, где на одном из кресел в компании небольшой группы сидит знакомая шатеночка. А вот её выдержки не занимать, хватает только на один раз, но зато бойкий, экстремальный — и в прошлый раз он проходил в машине с открытой крыше на одной из оживлённых улиц рядом с этим клубом.

 

Словно почувствовав мой взгляд, она поднимает голову, встречаясь со мной своими дьявольскими чёрными глазами. Трикси. Кажется, её зовут Трикси — подходящее имя для шлюхи.

 

Она посылает мне соблазнительную улыбку, а я усмехаюсь её глупой наивности. Может быть, если бы тебя не лапали сейчас двое парней, возможно, у нас вышел бы знатный перепихон.

 

Беспристрастно отвожу от неё взгляд. Сейчас я ищу другую шатеночку.

 

И кажется, нахожу...

 

На этот раз, её миниатюрное тельце активно двигается на танцполе. Странно. Почему не барной стойке? Неужто шизанутая решила убавить уровень эксцентризма? А как же адреналин для её лакомящегося наркотиками организма?

 

— Кого ты ищешь? — спросил Гаспар, следя за моим взглядом. — О-о, —протянул он, наткнувшись на расстраиваемый мною объект, — я не успеваю за твоими вкусами, дружище, — усмехнулся брюнет, делая глоток Бурбона.
 

— Я просто ни в чем себе не отказываю. У меня нет зависимости исключительно по блондиночкам, — ответно усмехаюсь, удобнее усаживаясь в кресле.
 

Краем глаза замечаю, как Гаспар последовал моему примеру, оценивающим взглядом проходя по девушке, как ни в чем не бывало в одиночестве танцующей в глубине танцпола. Сейчас она выглядела, как обычная нормальная девушка, пришедшая сюда здорово повеселиться. Но вот только обычные девушки не прячут в лифчике наркоту.
 

— Она ничего так, хорошенькая, правда сиськи маловаты.
 

— Зато задница на круглую десятку, — прокомментировал я, взглядом скользя по плавным изгибам.

 

— Да, это точно. Она в постели такая же строптивая и раскрепощенная? — друг вопросительно посмотрел на меня.

 

— Я не трахал её, — усмешка самовольно вылетала из груди, когда я потянулся за стаканом на стеклянном  столе; медленно отпил, не спуская глаз с танцующей её, — и не собираюсь.
 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

На моё слишком смелое и уверенное заявление последовала усмешка.

 

— Никогда не говори никогда, не так ли? — брюнет взглянул на меня, категорически отказываясь верить действительности моих слов.

 

Я отрываюсь всего на секунду, чтобы послать вмиг философу Гаспару скептический взгляд. А шатеночке хватает этой никчемной секунды, чтобы найти неприятности на свою чертовски красивую попку.
 

Она с непередаваемым шоком на лице осматривает свой топ, на который рядом стоящая девчушка, как видимо, пролила напиток.

 

Что-то шизанутая слишком озабочена своей одеждой. Уж слишком щепетильно относится к ней.
 

Интерес охватил меня. Неосознанно мое тело подалось вперёд, чтобы получше рассмотреть произошедшее и остаётся лишь гадать, что шатенка нашептала на ухо той несчастной девчонке, на лице которой отразился  ужас.

 

Видимо угрозы, которые лились из ядовитых уст наркоманочки были, действительно, устрашающими, потому что та девушка застыла на месте, а затем кратко кивнула.
 

И несмотря на то, что другая темноволосая девушка была намного выше её, шатеночка выглядела чертовски опасно и грозно. Она напоминала  мне дикую кошку, считающую, что у неё и вправду девять жизней, вечно хранить которые она не собиралась.