— Что ты забыла в мужском туалете? — спрашиваю я, доставая из кармана пачку сигарет и зажигалку.
— Наше дамское пристанище для припудривания носика сломано уже, как два дня, — отвечает она, и рукой залезает в сумочку, доставая из неё чёрный кружевной топ. — Кстати, я хочу переодеть кофточку. Выйдешь? — она вновь смотрит на меня, а затем переводит взгляд на зажженное язычковое пламя в моих руках.
Поджигаю сигарету и не спеша подношу ко рту, делая неглубокий вдох.
— Нет, — под внимательный взгляд шатеночки выдыхаю сгусток дыма, которые медленно растворяется в воздухе, оставляя после себя горьковатый запах табака.
— Отвернешься? — тёмная бровь вопросительно изгибается.
— Конечно нет, — снова затягиваюсь.
— Даже если попрошу?
— А ты просишь?
— Не-е-е-т, — со странной улыбкой тянет она.
— Ну вот тебе и ответ, — ухмыляясь я, выпуская пару двойку колечек, которые поднявшись, соприкасаются с потолком.
Шатенка просто пожимает плечами, одаривая меня взглядом мол «ну ладно, никаких проблем».
Легким, уверенным движением она стягивает с себя топ, открывая моему взору вид на голую тощую спину, на которой от основания самой шеи до пояса высоких джинс виднелись чуть выпирающие косточки позвонков. В отражении вид на аккуратные, до жути бледные груди, прикрытые чёрным тонким лифчиком.
Она обнажает свою грудь здесь. Передо мной. В мужском туалете. Где в любую секунду могут войти другие парни, которых такое зрелище очень даже впечатлит. Но этой чумазой все равно. Мне, кажется, что её даже не страшит факт, быть оттраханной из-за своего провокационного поведения.
Через отражение в глаза бросается одна маленькая деталь. Почти незаметная, но существенная. Какое-то пятнышко на груди размером маленького семени цветка, которое скрывается под чёрной тканью, когда она натягивает на себя приготовленный кусок ткани, называемой топом.
— Было бы лучше, если бы я сняла лифчик, — говорит она, вертясь перед зеркалом и внимательно рассматривая себя, — но...
— Но?
— Слишком велик соблазн, — её многозначительный взгляд через отражение соприкасается с моим.
— И для кого же?
— Для тебя, мажорик, — отвечает она, посылая мне кривую улыбку.
— Соблазн? Ты думаешь, знаешь, что это такое? — усмехаясь я, потушив сигарету о стену, от которой вниз на пол мелкими частицами посыпался выгоревшее курево.
Рывком отрываюсь от стены и неспешно подхожу к девушке, чьи брови нахмурились, а затуманенный взгляд с опаской вцепился в меня, оценивая каждое движение, которое почему-то сейчас её обдолбанный мозг посчитал за надвигающуюся опасность.
Становлюсь сзади девушки... чертовски низкой девушки, достающей мне до груди, что несказанно отражается её следующем действии, когда она выпрямляет спину, пытаясь выглядеть стойкой и более собранней.
— Ответь, — делаю шаг в её сторону, сокращая между нами расстояние до минимума,— что для тебя есть соблазн? — хрипло спрашиваю я, чувствую прилив азарта от игры, которую сам же затеял.
Шатенка внимательно смотрит на меня непонятно, недовольно, но за всем этим кроется жаждущий интерес, который скрыть не в силах даже почерневшим зрачкам, заслонивших собой большую часть радужки.
Подумав всего каких-то пару секунд, она отвечает. Медленно... четко... предельно чувственно.
— Соблазн — это греховное искушение. Наваждение, сносящее крышу, — её голос почему-то стихает, практически звуча, как шёпот. Шёпот, который будоражил.
Касаюсь рукой её поясницы и она еле ощутимо вздрагивает. Пальцами невесомо провожу по открытому участку кожу, при этом ни на секунды не свожу с неё глаз, внимательно оценивая каждую деталь.
— Соблазн... — наклоняюсь к её уху, дышу специально медленно и горячо, — это и вправду искушение, — веду рукой вверх, чуть надавливая на ямочки между позвонками, которые так отчётливо ощутимы под тонким куском материи. — Это роскошная слабость, — продолжаю говорить хриплым голосом, второй рукой прикасаясь к её запястью. Ощущаю учащенный пульс, и сдерживаю в себе усмешку от её мгновенной реакции на мои совращающие действия. Медленно провожу пальцами вдоль её руки от самой кисти до плеча и внимательно наблюдаю за ней через отражение, отмечая, что теперь она смотрит не в мое лицо, а следит за моей рукой. Её дыхание учащается, пунцовые губы раскрываются, а грудь начинает быстрее вздыматься вверх, когда пальцами пробираюсь сквозь волосы, и едва касаясь, провожу по шее. Вывожу замысловатые узоры, медленно подбираясь к горлу, —... слабость, которая берет над тобой вверх, — резко обхватываю шею рукой, придвигаю тело девушки к своему, услышав тихий, чертовски томный вздох, который звучал, как поражение для неё. — И ты сейчас поддалась не только соблазну, но и мне, — хрипло прошептал я, губами касаясь её уха.