Браво! Такое у тебя впервые.
Вытащив ноги из прохладной воды, я опускаю голые стопы на мягкую траву и удобнее присаживаюсь на булыжнике, полностью поворачиваясь к нему лицом.
Наблюдая, как он курит, сначала размеренно затягиваясь, а затем выпуская из приоткрытых губ ядовитый дым.
— Ты куришь? — спрашивает блондин, уловив мой пристальный взгляд.
— Нет, — качаю головой и слегка щурюсь, когда он направляется в мою сторону. — Это не моё.
— Почему? — когда он доходит до меня, то склонившись, выдыхает мне прямо в лицо.
Я просто прикрываю глаза, так как слизистую оболочку начинает чуть жечь; и стараюсь не дышать, ведь ещё с подросткового периода никотин не смог стать моим фаворитом.
— Ну да, — его насмехающаяся усмешка, заставляет меня вопросительно взглянуть на него, когда дым перед лицом рассеивается. — Сигарета и рядом не стоит с кокаином.
— Ты меня осуждаешь, мажорик? — сощурившись, спрашиваю я, сразу же замечая, как быстро их изменился мой тон.
— Нет. Мне просто любопытно на сколько тебя хватит, — говорит он, смотря на меня сверху вниз.
Не знаю, как он это делает, но я ему верю.
Однако, его слова меня задевают и заставляют вновь защищаться, — выпустив коготки.
— Я знаю меру, — резко бросаю я, недовольно стрельнул в него глазами.
— Ну, ну, — усмехнувшись, отвечает он и снова затягивается, когда уже почти затухший фильтр оказывается перед его лицом.
— У тебя есть тридцать секунд придумать куда тебя отвезти, пока я не докурю, — спустя минуту говорит он, хотя не понимает, что отведённое им время мне не нужно, ведь я уже давно знаю, где именно поживу пару дней.
— Так нам по пути, — говорю я со милой улыбкой, невинно пожимая плечиками.
Кажется, улыбка была лишней, потому со парня она ввела в замешательство, а не наоборот. Его брови нахмурились, когда он недоверчиво всмотрелся в сон лицо.
— И на сколько это «по пути»? — ох, я уже запомнила, что значит этот невинный тон, с хорошо читаемой ноткой подозрения.
— Ну-у, прям по пути, по пути. Буквально на одну жилищную площадь и фактически на одну квартирку.
— Нет, нет, нет. Даже и не думай.
— Ну почему снова нет? Причём трижды?
— Потому что, мне хватает тебя сейчас. Больше я не вынесу и тогда тебе придётся несладко.
— Я буду лапочкой. Всего на пару дней, пока я не найду новую квартиру.
Ответом для меня послужил короткий отрицательный кивок.
— Ты можешь снять номер в отеле, — ровным тоном говорит он то, что я итак знаю.
— А вдруг отели сейчас не работают?
— К твоему сведению, отели работают круглосуточно.
Я не знаю, да и не хочу отвечать на его замечание, пропитанное кривой усмешкой. Просто продолжаю выжидающе смотреть на него, и уже понимаю, что всё-таки не все потерянно.... честное словно, я вижу, что есть ещё малюсенький шанс сэкономить свои сбережения и не упустить возможность получше понять, что творится внутри этого парня.
— Серьезно, ждёшь, пока я приглашу тебя к себе?
— Нет, просто любопытно, на сколько тебя хватит, — язвлю я, использую его же слова против него.
Парень выкидывает окурок под ноги, а затем носком от Оксфордов придавил её, потушив фитиль.
— Поехали, — говорит он, прежде чем развернуться и стремительно направится к мотоциклу.
Я поднимаю с травы свои туфли, и в спешке надеваю их на ноги, которые до этой секунды секунды прибывали в самой наслажденной зоне комфорта.
— Куда? — мои брови хмурятся, ведь я не понимаю, каким образом он сейчас решит избавиться от меня, ведь положительно ответа на мою просьбу пожить у него — так и не дал.
Правда от его следующих слов, я даже застываю на месте и удивлённо смотрю в его спину.
— Ко мне домой.
Хочу спросить не послышалось ли мне, но вместе этого по нашим уже фирменным подколам, я решаю подшутить над ним из-за его двусмысленного предложения.
— Вау! Вот так сразу? — звонкий голос возмущения, заставляет его наконец затормозить у мотоцикла. — Ну а вдруг подготовиться надо, а что если на мне белье разного цвета?
Дымчатые глаза загораются дьявольским пламенем, когда он неспешным взглядом проходится по мне.
— Если ты сейчасшь же не заткнешься, это «вот так сразу» настанет прямо сейчас. Я возьму тебя прямо на этой чёртовой земле, — его голос специально понижается, приобретая суровую нотку с хорошо слышимой хрипотцой.
Баритонный голос звучит опасно-сексуально — он делает это специально, но не смотря на это я чувствую, как взбудоражилась каждая клеточка тела.