Рука обхватывает член и медленно ведёт им по клитору и ниже. Все внизу сжимается, когда он давит на меня им и медленно погружается. Закрываю глаза, ощущая полноту и жажду. Мне ничуть не больно, потому что снизу все давно вымокло.
Начинаются медленные движения и я слышу мурчащие стоны, летящие с губ. Слышу сладкий смех, полный победы...
Желая видеть его наслаждение, открываю глаза. На несколько секунд Андрей прячет карие искры. Его губы приоткрылись от наслаждения, руки напряглись, уперевшись в мои бедра. Исцелованные губы изгибаются в ликующем полумесяце, глаза открываются, показывая голодный, жаждущий взгляд.
Сукин сын наслаждается каждой секундой моего подчинения.
Тело реагирует на самодовольного упрямца. Бедра сами просятся в его руки. И в какой-то миг он останавливается, отдавая мне секунду власти. Бедра движутся к его и член входит до конца.
– Сидеть, малышка. - пошлый, насмешливый приказ и я ощущаю нарастающие напряжение в животе. Мгновение и он снова забирает управление, виртуозно пользуясь мной.
Я лишь прикрываю глаза. С каждым новым движением ощущения усиливаются, когда руки крепко держат мои бедра. Стоны сыпятся с губ, а руки обхватывают ремень. От движения соски трутся о ткань лифчика. Колючие искорки возбуждения бегут от них в самый низ.
Мой стон впитывается в его ладонь. Резкая остановка выбивает из колеи. Взгляд фокусируется и я вижу карие бездны напротив.
– Тише, девчонка. - почти рычит мне в лицо, но медленно начинает двигать бедрами снова. Всю меня поглощает только это чувство. - Хочется заткнуть тебе рот.
Грязные реплики только заставляют больше стонать и умирать от желания.
Андрей склоняется надо мной, с силой продолжая закрывать мой рот.
– Хочу смотреть, как у тебя текут слёзы, когда ты глубоко берешь мой член в рот. - рука уходит с губ, останавливаясь у головы. Приближается ко мне, похищая остатки воздуха у губ. - Хочу драть тебя на твоей кухне и пробовать тебя на столе.
Все тело наполняется томным ожиданием, завязывается в узел, пока уши наполняются гулкими шлепками. Хочу сжать его руку в своей, хочу укусить его губы, хочу расцарапать наглую морду этого довольно придурка.
– А сейчас буду тебя просто трахать, - слова звучат высокомерно, а потому и властно, - а позже кончу тебе в ротик, и ты будешь облизываться…
Всё тело трепещет, и Сукин сын целует меня в губы.
Больной, солёный поцелуй, совмещенный с оргазмом.
Молния пронзает тело.
Еще пара движений, которые ощущаются, как касания пальцами струн. И Сукин сын резко выходит из меня, задирает юбку и кончает на мой живот. Страх, что он был без презерватива кольнул в том же месте, где только что растекался оргазм.
Тёплая жидкость ползет по коже и скатывается на бока. Я не могу отдышаться.
– Вот блять, - ругается Андрей, - сегодня твой рот свободен, малышка.
Пока дыхание приходит в норму, я пытаюсь освободить руки. Хнычу натягивая ремни..
– Какое же это наказание, если ты так сладко кончила? - его пальцы осторожно пробежались по животу и скользнули к вниз. Резкий рывок. В запястья вжался ремень, а по бокам ног, где недавно были края трусиков, осталась лишь жгучая полоса.
Белье треснуло. Трусики мелькнули между длинных пальцев.
– Что ты делаешь?! - тёмное бельё скользит по животу. Он собирает плоды своего оргазма с моего живота.
Сукин сын насмешливо смотрит на меня, прежде чем подняться с дивана. Трусики летят в мусорку, а парень с довольным видом уже застегивает свои джинсы.
Я свожу ноги, приподнимаясь на диване. Приглаживает выбившиеся пряди. Пару шагов и парень снова около меня. Пальцы летят к груди и сжимают сосок. Шипение сходит с губ и легкий смех разносится по кабинету.
– Жаль было портить твои трусики. - смеётся и идёт к двери.
– Убери ремень!
– Как только освободишь руки, буду ждать тебя в зале. И не забудь, что никто не должен заглядывать под твою юбку.
18 глава. Сукин сын на войне?
Мне пришлось привыкать к отсутствию белья несколько минут. Волосы оказались растрёпанными, но руки смогли привести к порядку хоть что-то. Выходить мне совсем не хочется, но не могу же я здесь просидеть всё время?
Я расправила юбку и заправила в нее кофту. Пришлось стянуть колготки и выкинуть в урну. Спасибо, придурок.
Под осуждающие взгляды поваров я вышла из кухни. Щеки чуть раскраснелись. Я прижала небольшую сумку к бедру, желая провалиться прямо на месте.