– Нет, но я ему не звонила. Думаю, что он очень разозлился на это и кто-то донес ему обо мне и Мише. - шепчет девушка, явно перебарывая волнение. Она схватила мою руку. - Мне кажется, что Андрей что-то сделал Мише.
Кровь похолодела. Он даже не в городе, но доставляет мне проблем. Я не думала, что Сукин сын предпримет что-то не появившись.
Голубые беспокойные глаза уставились в тетрадку, но я увидела, как она борется с желанием посмотреть на Мишу.
– Как вы позанимались в кафе? - если она вернется такой взволнованной… Значит Андрею не плевать, как Томи проводит время. Неужели, что-то чувствует к ней?
– Мы не занимались, а просто разговаривали, - улыбнулась девушка, - смеялись и ели мороженное.
Что? Так это значит, что Миша наврал мне?
– Он сказал, что ты ушла от него и сказала, что он нужен тебе только как репетитор. - я нахмурилась, мне можно смотреть на Мишу.
Озадаченный взгляд был направлен строго прямо. Один он сидел в своей белой рубашке и дурацких штанах. Во рту появилась горечь. Андрей написал мне вчера с утра. Я проигнорировала сообщение. И осталось только надеяться, что это происходит не из-за меня.
– Он соврал. Андрей мог ему угрожать. - её вздох скользнул по губам и голубые глаза поднялись к другу. - Я просто хочу, чтобы ему больше не было больно.
22 глава. Пёс умер.
Всё выходные друг меня игнорировал. В понедельник я не заговорила с Мишей. По нему было заметно, что мои попытки доставляют дискомфорт. И на какое-то время я решила его не тревожить. Кажется, он снова становится тем же ботаником, которого в первые дни побили.
Зато объявился Андрей. На мое удивление он лишь равнодушно прошелся по мне взглядом, когда мы пересеклись в коридоре. Даже не злится? Черт, тогда это точно виновата я, в том что случилось с Мишей. Еще и понадеялась, что у друга с мисс зефиркой всё будет в порядке. Дура.
Но хуже было то, что Саша опять пропал. Вся моя группа будто не заметила этого. Один только лучший друг этого дебила всё время поднимал взгляд, как только кто-то входил в аудиторию. И это вызывало тревогу. Какое-то противное предчувствие, что с синеглазым упрямцем что-то не так.
Так же было и на следующий день, и ещё один, и ещё. Пол недели прошло и, только когда Саша не появился ко второй паре, я подсела к Лёше, лучшему другу. Он чуть не фыркнул, но преподаватель английского прервала его.
– Где Саша? - прошептала я. Мне все равно, чтобы ему нравлюсь. Это даже к лучшему, но, видимо, только ему не плевать на «Ваше сиятельство» нашей группы.
– А мне откуда знать? Этот недомерок больше со мной не общается. - раздраженно прыснул парень, пряча глаза в учебнике.
– Почему? - два года эти парни жили душа в душу. И в их разладе может быть причина только в новом значении переменной.
– Спроси у своих Четвёртых. Последний раз я видел его с ними, а ты, кажется, новая игрушка Сукиного сына. - практически плюнул парень. Что? Мои глаза чуть не вылезли на лоб и я быстро заморгала. Преподаватель английского быстро привлекла наше внимание чуть повышенным тоном. И несколько десятков глаз быстро ушли с меня на доску.
Что за черт здесь творится?
– Это не так, - рыкнула я. Кажется, кто-то кому-то что-то растрепал. И это была точно не я. Неужели Сукин сын решил, что может хвастаться своими подвигами? Злость подтупила к горлу, - если тебе плевать на твоего лучшего друга, то можешь и дальше просиживать свою задницу.
Захотелось отсесть, но я просто отвернулась и посмотрела в учебник. Стало не по себе. Что-то явно не так. И это «не так» Сукин сын.
Все полтора часа мы занимались английским языком. Я так и чувствовала, что Леша пялится на меня. В конце пары, он резко схватил меня за руку.
– Идём. - пара была последней, так что я без разговоров двинулась за ним. За университетом на частной парковке стоит несколько машин, среди которых была и машина Андрея.
Саша сразу же обратил на себя моё внимание.
Меж губ сигарета. Во всём черном, с разбитой губой и синяком под глазом, парень хрипло смеялся, сосредоточено слушая разговор.
Я чуть не ахнула, пока мы приближались.
Его костяшки разбиты в кровь, на одной руке бинт, а на шее виднелся темно синий синяк, будто от чьих-то пальцев. Злость, как ядовитый ком, замерла в горле. Между нами каких-то двадцать метров, а на деле пропасть.
Огонь зажигалки мелькнул рядом с ними. Андрей уже смотрит на меня, сунув руки в карманы. Все ребята увлечены каким-то разговором и чем-то в телефоне.