- Dusios Boduus, - сглотнув, выдавил он.
Из палочки комками и плевками выливался черный туман. По телу разлилась тупая боль, но не такая сильная, как раньше. В первые разы побочные действия приходили много после - ему еще повезло, он терял сознание, и все проходило мимо него. Теперь оставался в сознании, зато платил по полной программе.
Вихрь не исчез, как было поначалу; Тьма оформилась в небольшого ворона и зависла. Крылья не шевелились, пустой глаз смотрел не то вопросительно, не то презрительно. Гарри пошевелил рукой с палочкой - птица последовала за движением его руки. Поттер направил ладонь в другую сторону. Птица оказалась там. Тогда он начал придавать руке разную форму. В какой-то момент птица, не издав ни звука, спикировала на пол, словно собираясь схватить кого-то.
Боль исчезала, ее становилось все меньше. Юноша понимал – скоро ее совсем не станет. Месть требовала жертв, и он готов был эти жертвы принести. Улыбка Сириуса. Веселый взгляд Седрика. Любящие улыбки матери и отца.
Тьма приносила успокоение. Тьма давала шанс отомстить. Тьма понимающе кивала и соглашалась быть союзницей.
Может быть, именно ее видели внутри портреты Дома Блэков? Ее видел Кричер, под удивленными взглядами Уизли поклонившийся и назвавший его «хозяин Гарри» совершенно так, как делал это перед миссис Блэк?
Может быть.
Гэльское заклинание Вороньего Демона кружило по комнате, готовясь нести смерть по приказу нового темного мага.
***
Министр Гарри не понравился. Он выглядел как пожилой лев – этакий постаревший символ Гриффиндора - и именно поэтому не нравился. Цепкий взгляд, четкие движения. Гарри без своего нового умения чувствовал – это не Фадж. Это что-то более высокое, решительное, разумное.
Джинни говорила много хорошего про Скримджера, Гермиона сомневалась, что на посту он остался тем же человеком, Рон принял сторону Гермионы и улыбнулся. Стало понятно, что он не слушает.
- Надеюсь, не помешаю вашему семейному ужину?
Такое замечательное начало разговора.
Сомнения и неловкость отразились на лицах обитателей Норы. Ясно, Дамблдор их не предупредил. Министр внимательно посмотрел на Гарри, взгляд его был тверд. «Ты ждал», - говорил он.
Поттер сложил руки на груди, Скримдждер заметил это. «Я не собираюсь быть паинькой», - обещали эти сложенные руки.
- Совсем нет, - поспешно сказала миссис Уизли. - Может быть, кусочек пирога? Или пунш?
- Нет-нет, спасибо, Молли. Что у вас сегодня за праздник?
На лице мистера Уизли мелькнуло и исчезло беспокойство. Ага, ему кое-что было известно.
- У Гарри день рождения, - взгляд Министра, вроде бы удивленный, вновь остановился на Поттере.
- Действительно? Что ж, с днем рождения вас, молодой человек.
«Вам нечего опасаться», - Скримджер явно сменил тактику, взгляд казался мягче. Руки Гарри не изменили своего положения. Досада, которую испытывал Министр, никак не отразилась на его лице.
- Спасибо, - ответил он.
- Могу ли я вас поздравить? Право, мне неудобно, я пришел без подарка… В таком случае, не могли бы мы прогуляться? Погода сегодня замечательная.
На этот раз понимание было всеобщим.
- Конечно,- ответил Гарри невозмутимо.
- Чудесно. Обещаю не задерживать.
Казалось, Министр проявлял праздное любопытство, оглядывался по сторонам.
- Я давно хотел встретиться с тобой, - легко начал он. - Ты знал об этом?
- Нет, - признался тот. «До сегодняшнего утра».
- Давненько, пожалуй. Еще до того, как стал Министром. Ты, знаешь ли, очень любопытная фигура. Про тебя столько пишут…
Он замолчал, ожидая реакции. Взрыва, смеха, недовольства – чего угодно. Конечно, столько писали в газетах – а вменяемый ли вообще этот мальчишка? Ответом ему было молчание.
- Я не знаю, что о тебе думать, - продолжил Скримджер. - Кто-то считает тебя ненормальным, кто-то героем… Я не слишком прямодушен, Гарри?
- Все хорошо, Министр. Я привык и к худшему.
Скримджер кивнул, удовлетворенный ответом.
- Раньше писали, что ты обычный мальчик. Теперь ты снова надежда магического мира. Кто же ты, Гарри Поттер?
- Вы уже сами дали правильный ответ, сэр.
- Действительно? Я и не заметил, - улыбнулся тот.
- Гарри Поттер, сэр. Я Гарри Поттер, - с улыбкой ответил ему юноша.
Руфус Скримджер нахмурился: стало видно, насколько он далек от дипломатии и часовых переговоров со взаимными умасливаниями.
- Но Дамблдор тебя опекает. Это наводит на определенные мысли.
Вновь никакого ответа.
- У слухов обыкновенно есть основа. Все эти разговоры о пророчестве, о твоей избранности. Дамблдор, конечно, рассказал тебе все?
- Профессор Дамблдор много чего рассказывал мне, Министр, - пожал плечами Гарри¸ не соврав ни в чем.
- Что, например? - тон стал серьезнее.
- Простите, но это касается только меня и его, - как можно дружелюбнее ответил Поттер.
- Я ни капельки не претендую на ваши тайны! Но понимаешь, Гарри, людям очень нужно во что-то верить.
- Не совсем понимаю…
- Ты что-нибудь знаешь о маггловской истории?
- Слышал в детстве, когда учился в школе, - неохотно отозвался он.
- Многие войны имели религиозную основу, - Скримджер сорвал с дерева лист и задумчиво повертел его в руках. - Люди сражались за то, во что они верили. Понимаешь?
- Примерно, - согласился Поттер.
- Тот-Кого-Нельзя-Называть, Гарри. Пожиратели Смерти верят в него и в чистую кровь. Люди боятся. У нас, волшебников, нет религии, зато есть ты, исключительный человек, выживший после Avada Kedavra. Единственный, способный убить Того-Кого-Нельзя-Называть.
Гарри промолчал. Суть дела он уже уловил и теперь ждал, когда ушедший в дебри истории Министр вернется.
- Мой предшественник выбрал неправильную тактику. Не знаю, может быть, ты сам ему очень не нравился, а? Чем же ты насолил Корнелиусу? – засмеялся он.
- Слишком громко себя вел, - ответил тот весело.
Министр, сочтя разговор пришедшим к кульминации, высказал предложение:
- Я призываю тебя к сотрудничеству. Ты нужен волшебному миру, чтобы быть символом нашей победы.
- И что же должен делать символ вашей победы? – с некоторой иронией спросил он.
Министр, впрочем, ее не заметил.
- Не слишком много. Я же не Дамблдор, понимаю, что нельзя требовать от тебя слишком многого. Ты ведь должен учиться, у тебя есть друзья и наверняка девушка… Возможно, тебе нужно будет иногда появляться в Министерстве, заходить ко мне в кабинет. Можешь не спешить, у тебя ведь много знакомых? К тому же, люди будут рады поговорить с тобой. Разумеется, ты проведешь время с пользой! Долорес Амбридж сказала мне, что ты хотел бы стать аврором. Я мог бы устроить тебе встречу с главой Аврората или, если ты уже передумал …
- Извините, что прерываю, Министр. Вы помните, что произошло с Долорес Амбридж? – он намеренно не назвал ее профессором.