Вообще случившееся меня почти не волновало, больше тревожил факт начисления премии. Неужели, босс решил таким образом отблагодарить за общение с его женой? Вот это уж точно ни в какие ворота! Я же русским языком говорила, что не буду дружить с Татьяной за деньги!
***
До конца рабочего дня в бухгалтерии клиники оставалось ещё минут сорок. Звонить при свидетелях не хотелось, поэтому я ускорила шаг. Ник не отставал, более того, придержал меня за руку неподалёку от места пикника:
— Полина, давай поговорим.
— Давай, только не долго, я спешу.
— У меня есть шансы?
— В смысле?
Мужчина не выглядел ни растерянным, ни огорчённым. Кроме любопытства, ничего нельзя было уловить. Я чувствовала себя лабораторной мышкой, получившей прививку. Теперь экспериментатор наблюдает: заболеет опытный образец, или поднимется.
— Можно надеяться на продолжение? Ты не обиделась?
Покачав головой, я улыбнулась:
— Никаких обид. А шансы… не больше и не меньше, чем раньше.
— Хорошо, что не меньше, — Никита, наконец, выпустил мою руку. — Сходим в кино?
— В кино? — неожиданно. — Давай сходим. Давно не была.
— Продиктуй номер. Позвоню, договоримся о встрече.
Он мог взять телефон у Гели, та бы слила, ничуть не комплексуя. У меня спросил — это понравилось. Забив нужные цифры, Ник нажал вызов. О! Я до сих пор держала трубку в руке и теперь вздрогнула, когда та заиграла.
— Ну… — попятилась, — пойду?
— Я тебя провожу.
— Нет, не стоит, я должна сделать звонок. Извини.
Нужно было видеть лицо Гели, заметившей сестру, выскочившую из лесу, схватившую с лавочки рюкзачок и бросившуюся восвояси.
— Эй! Полина! Ты куда?
Я обернулась:
— Простите, ребята! Меня на работу вызвали. Срочно.
Объяснений давать совершенно не хотелось, я припустила, чувствуя лопатками изумлённые взгляды. Услышала только, как Даня спросил друга, что, мол, стряслось. Ник ответил вполне достойно:
— Всё под контролем.
Всё, да не всё! Отбежав на значительное расстояние, я замедлила шаг — прошлась, выравнивая дыхание и листая контакты. Номер расчетного отдела забила, ещё устраиваясь на работу.
Ответили мне не то чтобы раздражённо — неприветливо. В том смысле, какие могут быть претензии, премию назначает руководитель, если что-то не устраивает, спрашивайте у него.
— Извините, просто подумала, что это ошибка, — мямлила я, — разговоров о премии не было. За что мне её дали?
— Вам лучше знать, девушка! Мы вашими заслугами не интересуемся. Леонид Сергеевич подаёт список премируемых, в соответствии с этим документом и начисляем. Без ошибок!
«Девушка!» Кажется, я представилась, могли бы по имени-отчеству обращаться. Разговор меня расстроил. Я топала по аллее, глядя на полоску неба между верхушками рябин, и смаргивала слёзки. С чего бы плакать? Радоваться нужно, а я раскисла. Тон, видите ли, не понравился. «Заслуги» прозвучали как «услуги», как очень толстый намёк на непрофессиональную деятельность. Не хватало ещё, чтобы по клинике поползли слухи о любовной связи новой сотрудницы с боссом. Никому в голову не придёт, что Леонид Сергеевич платит за дружбу не с ним, а с его женой.
Нужно сказать, чтобы отменил свою премию! Говорить с ним опасно, как только услышу бархатный голос, растеряю весь пыл. Попыталась написать сообщение в вотсапе, но интернет, к сожалению, отсутствовал.
Кстати! А где я вообще?
Где я? Кто я?
Давно пора выйти на стоянку, а вокруг лес, лес, лес. Хорошо, что такси заранее не вызвала — просто не подумала.
Замерла, прислушиваясь. Ветер тихо шуршал в ветвях. Где-то далеко стучал дятел. Ни машин, ни людей. Мама дорогая! Куда меня занесло? Оглянулась: назад возвращаться? А смысл? Нет уж! Вперёд. В конце концов, я в городе, рано или поздно куда-нибудь выйду. Метров через двадцать тропа упёрлась в аллею. Уже хорошо. Налево или направо? Присела на корточки, подняла обломок ветки, стала чертить на земле план. Тут наш пикник, тут тропа, по которой я пошла, а тут… А! Врубилась, наконец! За разговором свернула не туда и вместо того, чтобы идти к стоянке, удалялась от неё. Довольно успешно, судя по всему. Сейчас бы выручил навигатор, но без интернета его не запустишь. Хотя… вроде бы у меня была карта в памяти телефона. Вот уж не ожидала, что понадобится!
Есть повод гордиться собой! Не запаниковала и ни на секунду не пожалела, что отказалась от провожатого. Сама справлюсь!
Так-так-так…
Кажется, я почти подошла к тому ручью, где мы с Ником целовались. Хм… Громко сказано, ну, ладно. Если я правильно определила своё местоположение, то, пройдя вперёд, упрусь. Пробежалась. Точно! Вот он. Вот он, родимый! С удовольствием вдохнула пахнущий водорослями и мокрой осокой воздух. Быстрым шагом двинулась вдоль берега. Вскоре услышала голоса. Что это? Ага, на карте обозначен водоём и пляж. Если перейду ручей по мосту — более значимому, чем «поцелуев», упрусь я Ярославскую железную дорогу.