В спальне Ульяны одна большая кровать, комод и длинный предлинный шкаф. Распахиваю дверцы.
- Шмотница, - не могу сдержаться и улыбаюсь. Надо будет ей еще одну гардеробную заказать в нашем доме. Мне так приятно думать о том, что она совсем скоро станет жить там, вместе со мной, что испытываю удовольствие еще большее чем от того, что произошло в ванной. На самом верху шкафа нахожу чемодан. Вряд ли смогу его собрать за нее. Все же я не ее подружка. Но...Лучше встанем пораньше и соберем вместе. Ложусь один на кровать. Даже мне в ней чересчур много места. Дверь открыта и я, пусть и в полной темноте, но все же вижу Ульяну на диване. Она свернулась калачиком и от этого кажется еще меньше. Не рискую ее переносить к себе. А вдруг проснется? Лучше пусть выспится. А я потерплю. Прижимаю к себе подушку, чтобы хоть как-то заполнить пустоту. Совсем скоро все изменится. Я верю в это!
6. Ульяна
Просыпаюсь по привычке рано утром и почему-то на диване! Нахожу телефон на полу. Шесть утра! Дверь в мою комнату закрыта, но я вижу мягкий желтый свет, который все же сочится через небольшие щели. Подкрадываюсь на цыпочках и аккуратно открываю дверь на ширину ладони. Наблюдаю за тем, как Хабиб полулежа на кровати изучает какие-то бумаги. Перед ним открытый ноутбук и Хабиб быстро что-то набирает. Потом снова опускает глаза на документы. Долго читает и опять что-то печатает. Медленно открываю дверь и застываю на пороге. Хабиб приподнимает очки и молча рассматривает меня.
- Не знала, что ты носишь очки, - замечаю вслух. Хабиб опускает очки и снова продолжает печатать.
- Только когда работаю, - еще быстрее набирает он. Присаживаюсь на угол кровати и подтягиваю колени под подбородок.
- Не думала, что у тебя в тридцать три проблемы со зрением, - хмыкаю.
- В тридцать пять, - поясняет Хабиб, не отрывая взгляда от монитора.
- Чего?
- В тридцать пять, - повторяет он. - Я старше тебя на два года. Два года до психфакультета отец пытался сделать из меня химика.
Закатываю глаза.
- Чего еще я о тебе не знаю? - улыбаюсь.
- Ну, таких скелетов в шкафу, как твой Влад, у меня точно нет! - Хабиб перестает печатать и просто смотрит на мою реакцию. Я все же проявляю интерес к тому, чем он занят. Собираю листы вокруг ноутбука. Их много. Еще фотография. С нескрываемым удивлением вижу лицо моего арендодателя.
- За тобой ходит потенциальный маньяк, а ты даже мне не сказала! - сердится Хабиб.
- Я думала, мне показалось, - начинаю оправдываться.
- Не ври! Никогда не поверю, что ты с твоим тонким чутьем не смогла раскусить его!
- Ты делаешь психоанализ? - стараюсь перевести тему.
- Уже сделал! Отправлю кое куда. Пусть понаблюдают за ним, - Хабиб закрывает ноутбук и собирает документы в бумажный пакет.
- Я знаю, почему ты так поступила, - продолжает он.
Я молча, потупив взгляд, жду вердикта. Хабиб, не снимая очки, придвигается ко мне и произносит:
- Сама мысль, что тебе придется ехать к матери, была куда страшнее чем то, что за тобой по пятам ходит тип с нарушениями психики! И первый страх вытолкнул второй, затмил все инстинкты самосохранения, и занял все место в твоей голове.
- Зачем нам вообще туда ехать? - взрываюсь и встаю на ноги.
- Ты знаешь зачем! - Хабиб кричит еще громче. - Потому что через несколько лет, когда у нас уже будут дети и ты будешь в самом эмоционально нестабильном состоянии, тебя замучают кошмары по ночам! Твоя память, как специально, будет подкидывать неприятные моменты из детства и юности, связанные с твоим отцом. Ты неконтролируемо будешь утопать в тревоге за своих детей! И представлять их на своем месте! Ты сядешь на антидепрессанты и уже никогда с них не слезешь! Мы все это проходили! И у тебя, наверняка, были такие пациенты! Уж за десять лет хоть один точно!
- Не будет этого! - шепчу. Но понимаю, что он как всегда прав.
- Будет, - тон Хабиба смягчается. - В момент появления детей твоя психика выйдет из-под контроля и тебя будет ежесекундно душить страх за их жизнь. А память будет работать против тебя, только расшатывая нервную систему.
- По сути, ты такой же одержимый маньяк в прошлом, как и тот, что сдает мне помещение! - пытаюсь сопротивляться. – Может, мне и тебя стоит бояться?