На следующее утро я собираюсь навестить мать. Но уже совсем в другом настроении. Слегка нервничаю и поэтому из раза в раз переплетаю свои светлые косы.
- Все нормально, - наблюдает за мной Хабиб. Он собрался еще раньше и сейчас просто стоит и ждет, когда же я домучаю свои длинные волосы.
- Все, я готова, - радостно произношу.
Хабиб кивает на выход и я, воодушевленная, выхожу из номера, прихватив с собой небольшой букетик цветов. На улице по пути к дому я встречаю свою давнюю знакомую Риту Ивановну. Она сначала не узнает меня, но потом, все же присмотревшись повнимательней, произносит:
- Ульяна! - восклицает она. - Это и правда ты?
Я киваю и улыбаюсь в ответ.
- Какая же ты стала! - восхищается она. - Такая красавица! Глаз не отвести!
Я слегка смущаюсь. Зато Хабиб лыбится, как мартовский кот. Воспринимает это как личную похвалу.
- Это Рита Ивановна, - поясняю ему. - Я ходила к ней в центр поддержки подрабатывать, когда еще училась в школе.
- Здравствуйте, - Хабиб протягивает женщине руку. Замечаю, что Рита Ивановна как будто совсем не постарела. Ей, наверное, сейчас ближе к шестидесяти. Приятные черты лица лишь слегка изменились, покрывшись сеточкой из тонких морщин. А глаза и вовсе остались такими же, как и ранее. Добрыми и умными одновременно. Она в свое время спасла меня, дав работу, и тем самым указав на мое истинное предназначение в этом мире.
- Подрабатывать, скажешь то еще! - раскидывает Рита Ивановна руки в стороны. - Работать, как все мы! Пахать от звонка до звонка! Вы знаете, какая Ульяна умничка!? - Рита Ивановна принимается меня расхваливать со всех сторон. Хабиб улыбается еще шире.
- Так что, вам очень повезло, что вы встретили ее! - завершает Рита Ивановна. Ей почему-то с первый секунды стало ясно, что мы вместе.
- Бесспорно, - кивает Хабиб.
- Ульяна, - обращается Рита Ивановна ко мне. - Чего совсем не приезжала? Отец давно уже умер, боятся больше некого, - вроде ругает она и в то же время и нет.
- Так получилось, - скромно отвечаю. - Но теперь я здесь!
- Это хорошо! Очень хорошо! - повторяет она. - Ты к матери идешь? - уточняет Рита Ивановна.
- Да. Попытаюсь уговорить ее переехать, - делюсь мыслями.
- Сложно тебе придется, - цокает Рита Ивановна.
Мы в грустном понимании друг друга замолкаем. Хочется о многом еще поговорить, но Рите Ивановне нужно бежать по делам. Как и мне.
- Ульяна, а дай мне свой номер телефона, - вдруг просит она.
Я диктую цифры. Мы наспех прощаемся, и дальше уже только вдвоем пробираемся по раскисшей дороге к моему дому. Чувствую, что в воздухе как будто появились новые запахи. Он словно стал вкуснее. Около старенького крыльца резко останавливаюсь.
- Давай, я пока одна зайду, - прошу Хабиба. - Я хочу поговорить с ней о переезде. Нельзя здесь жить и дальше.
Хабиб молча рассматривал то, что осталось от сарая. Черное пепелище.
- Что сказали пожарные вчера? - внезапно перевожу тему.
- Не давать тебе спички, - ёрничает Хабиб. Я усмехаюсь. Все так по-другому стало. Сложно не распознать это новое состояние, что переполняет меня. Оно спокойное. Безмятежное. Вместе со слезами вчера с меня вышли все обиды и я даже на мир смотрю иначе. Вот сейчас стою на этом самом крыльце и больше не испытываю ни страха, ни волнения. В новую жизнь с Хабибом войду новая я. И без оглядки на прошлое.
- Все, я пошла, - предупредаю Хабиба и тяну на себя массивную дверь. Стараюсь не пачкать светлый половик, расстеленный в коридоре, и постепенно погружаюсь в место, в котором я выросла.
- Мама, - кричу. - Мама, это я! - разуваюсь в уголке справа и просто жду. С другой комнаты, словно не веря, что я все же вернулась, выбегает моя мать. В глазах у нее блестят слезы и она тут же начинает меня обнимать, а потом целовать солеными губами мои лоб и щеки.
- Я так рада! Так рада! - повторяет высохшая женщина передо мной.
- Ты так похудела! - первое, что произношу.
Мама отмахивается.
- Ничего страшного, - она тянет меня к окну и усаживает за стол. Сама садится напротив. Берет мои руки в свои. Целует. Потом снова целует. И не отпускает. - Я думала, ты никогда уже не приедешь больше, - признается она. Так и было бы если не Хабиб.