- Где твой парень? - вдруг спрашивает мама.
- Он на улице, - прихожу в себя и вытираю распухший от слез нос.
- Пусть заходит в дом. Он, наверное, замерз уже там, - тепло улыбается мама.
- Он привыкший, - хмыкаю. - Чего только не видел в этой жизни.
- Пусть заходит уже, - повторяет мама.
Я мнусь. Мама догадывается, что я стесняюсь нашей нищеты.
- Он вчера здесь уже был, - напоминает мама. Я машинально оглядываюсь по сторонам.
- Боже! - закрываю лицо руками. Как стыдно.
- Я думаю, ему на это плевать, - произносит мама, которая тут же читает мои мысли. Я поднимаюсь на потерявших прежнюю стойкость ногах и направляюсь на улицу. Хабиб разговаривает с кем-то по телефону. Я жду, когда он закончит, и говорю:
- Мама приглашает тебя зайти.
Хабиб замечает следы от слез на моем лице и слегка улыбается. Все, как он хотел.
- Конечно, - он слегка подталкивает меня, пока я умираю от неловкости. - Пойдем, - мягко командует Хабиб. - Ты без куртки.
Когда мы возвращаемся вместе, мама уже суетится вокруг стола и ставит на середину красивый сервиз. Единственная достойная вещь в доме моего детства.
- Добрый день ...., - приветствует Хабиб и садится на один из свободных стульев.
- Здравствуйте, Хабиб, как же хорошо, что вы пришли!- радуется мама и тянет ему свою худенькую, морщинистую руку. Хабиб в ответ нежно прикасается к ее ладони. Мамина рука в сравнении с его кажется ну уж совсем крошечной. Я судорожно наблюдаю за Хабибом. А именно, куда он посмотрит и что подумает о нашем доме. Но, кажется, он вообще ничего вокруг не замечает. Лишь меня и мою мать.
- Ульяна, сходи к соседке за малиновым вареньем. Она продает. Очень хорошее. У меня малина в этом году не уродилась, - улыбается мама. - У бабы Кати само то! Помнишь бабу Катю? - обращается мама ко мне.
- Конечно, - тихо говорю и спешу выполнить поручение матери. Потому что здесь снова все становится на свои места. Она взрослая, а я ребенок. Но мне это даже нравится.
- У тебя есть деньги? - интересуется мама.
- Карта только, - шлепаю по карманам куртки.
- Держи, - Хабиб достает свой бумажник и протягивает мне. - Не думаю, что у бабы Кати стоит терминал, - шутит он.
- Только варенье? - уточняю у матери.
- Да, я чай из смородиновых листьев заварила, как ты любишь! Варенье как раз к месту будет.
Я накидываю куртку и выхожу на ветреную улицу. Запахиваюсь плотнее и углубляюсь по узкой тропинке в сторону дома соседки. Сначала иду быстрым шагом, но чуть позже перехожу на бег. Но впервые за долгое время это хороший бег! Не от опасностей, а навстречу чему-то лучшему!Как легко! Хочется прыгать до самого неба!
- Слава тебе, Господи. Слава! - шепчу вслух, потому что боюсь, вдруг если не произнесу, то все это исчезнет.
11. Хабиб
- Ну и зачем вы ее выпроводили? - уточняю у Лидии Сергеевны
- Ты все же догадался, - улыбается она.
- Это было не сложно, - отпиваю чай из красивой маленькой кружечки. Гжель.
- Ульяна хочет, чтобы я поехала с вами в Новгород, - произносит Лидия Сергеевна.
- Я не против, - отвечаю честно.
- Я уже говорила Ульяне и тебе скажу, что не заслуживаю ни такой дочери, ни ее приглашения.
- Ни мне вас судить, - чеканю.
- Ты должен презирать меня за трусость, - добавляет Лидия Сергеевна.
- А вы меня за жестокость по отношению к вашему ребенку, - не скрываю.
Виснет пауза. И Лидия Сергеевна сразу понимает о чем я.
- Есть такие люди, которым по судьбе написано прощать! - шепчет женщина и ее подбородок начинает трястись.
- Да! - соглашаюсь и ставлю кружечку на стол. С минуту мы просто молчим.
- Это ведь только из-за тебя она вернулась? - наконец произносит Лидия Сергеевна.
- Ну....не то чтобы...
- Ты хороший человек! - говорит мать Ульяны.
- Ваша дочь гораздо лучше.
- Я рада, что в ее жизни появился такой человек, как ты! - Лидия Сергеевна кладет свою руку поверх моей.
- Вы многого не знаете, - не хочу выглядеть в глазах этой женщины святым.
Снова виснет пауза.