Странно, но улыбка с лица матери так и не сошла. Там в гробу лежала абсолютно счастливая женщина.
- Ульяна, когда вы уезжаете? - спросила после похорон Рита Ивановна.
- Завтра, - вместо меня ответил Хабиб.
- Я хочу остаться, - прошептала я едва слышно.
- Чего?! - не понял Хабиб. - Ты о чем?
Я тихонько отвожу его в сторону.
- Я хочу остаться и помочь Рите Ивановне с детьми. Хочу отвезти их в цирк, - признаюсь. Хабиб долго смотрит на меня и только потом спрашивает:
- И почему ты хочешь это сделать?
- Потому что хочу сделать хоть что-то хорошее в своей жизни! - вываливаю неожиданно.
Брови Хабиба удивлённо ползут вверх.
- Ты много делаешь хорошего, - произносит он.
- Что, например? - психую. - Последние два месяца я выслушивала насколько малы члены у мужиков моих пациенток!
Хабиб хмыкает.
- Я хочу сделать на самом деле что-то хорошее, - заглядываю в темно-карие глаза напротив. - Ну, пожалуйста! Я хочу быть такой же хорошей, как и ты!
- Как Я!??? - внезапно взрывается Хабиб. - Забыла, что я с тобой делал в универе? - скулы на его лице начинают ходить по сторонам от злости.
- Это было давно, - ласково прикасаюсь к его груди. На какое-то время мы замолкаем. Хабиб явно о чем-то рассуждает внутри себя.
- Ладно! - соглашается Хабиб. - Мы поможем с детьми и сразу отправимся в Нижний, уже не возвращаясь в гостиницу.
- Да, - не спорю. - Так и будет. Это даже удобнее.
Возвращаюсь к Рите Ивановне и сообщаю ей о своем решении. Она радуется.
- Спасибо, Ульяна, - целует она меня. - Ты меня здорово выручишь.
После погребения мы сидим в небольшом кафе в центре города. Хабиб совсем не пьет, хотя собравшиеся вокруг всё уговаривают:
- Ну как так! - лопочет дядя Степа. - За упокой же надо!
Мне пить совсем не хочется, но я все же опрокидываю в себя одну рюмку водки. Она неприятно обжигает горло. Но потом приятное тепло растекается внутри и я расслабляюсь. Быстро пьянею, потому что почти ничего не ела целый день.
- Хорош! - гневно шепчет Хабиб, когда я тянусь за второй рюмкой. - Потом плохо тебе будет. Ты совсем не закусываешь.
Вовремя останавливаюсь. Осматриваюсь по сторонам. Всех собравшихся я когда-то знала. Баба Катя - наша добрая соседка. Подруги матери - по совместительству мои школьные учительницы. Они изменились, но я различаю каждую из них без труда. Даже директор пришел. Старенький и седой Макар Иванович. Еще пятеро взрослых мужиков из друзей отца. И некоторых из них я помню с трудом.
- У тебя взгляд стекленеет, - произносит Хабиб. - Ты устала. Пойдем! - настаивает он.
- Но...все еще сидят. Не принято уходить вот так! - тихо спорю.
Хабиб силой поднимает меня из-за стола.
- Пойдем, я сказал! Ты свалишься от усталости через полчаса. Никому это уже не надо.
- Идите, - подключается Рита Ивановна. - Она очень бледная, - говорит Хабибу, но я слышу. - Я здесь сама управлюсь.
Покинув зал, мы выходим на улицу. Еще немного и стемнеет. Как быстро день прошел! Делаю еще один шаг, но ноги подкашиваются. Хабиб с такой легкостью берет меня на руки и несет до самого такси, что ждет нас за углом здания. Мы едем молча. Меня укачало и на разговоры не хватает сил.
- Странное у нас получилось путешествие в мое прошлое, - наконец выдавливаю у нас в номере.
- Именно такое, какое оно и должно было быть, - отвечает Хабиб. - Но мне очень жаль твою мать! - он присаживается рядом и прикасается к моему горячему лбу. - Честно! И я бы хотел, чтобы она поехала с нами.
Я молчу. Лишь тяжело вздыхаю. В ответ спрашиваю:
- Ей же там хорошо на небесах?
Хабиб укладывает мою голову к себе на колени.
- Очень, - отвечает он. - Даже не сомневайся. Ее душа наконец успокоилась.
Я закрываю глаза и засыпаю с полной уверенностью, что так и есть. А все из-за того, что так сказал Хабиб. А он не может ошибаться.
15. Ульяна