- Ульяна, - начинаю уже как специалист, а не до одури сбрендивший от беспокойства мужик. - Стой на том месте, откуда ты мне звонишь, и не двигайся ни на сантиметр. На все вопросы отвечай кратко и быстро. Поняла?
- Да, - хрипит девушка.
- Поехали. Каков заряд у телефона, с которого ты мне звонишь?
- Сорок процентов.
- Сколько вас всего человек?
- Восемь детей. И семеро взрослых.
- Есть погибшие? И сколько?
- Да.Один. Водитель автобуса.
- Есть раненые? В том числе информация и о тебе, - не перехожу на сюсюканье.
- Да. Один. Подозрение на перелом у парня из легковушки.
- Сколько у вас воды?
- Двенадцать бутылок по поллитра в автобусе. И дополнительно в двух машинах. Там в каждой так же уже по поллитра, - чеканит она как спец по выживанию.
- Какая еда в наличии?
- Только сладости остались и пара ореховых батончиков. В машинах ничего.
- Есть пострадавшие с особенными заболеваниям? - уточняю.
- Они все из коррекционный школы! - срывается Ульяна. - Ты сам все понимаешь! Приступ панической атаки жди здесь как нечего делать!
- Хорошо. Я понял! - пытаюсь успокоить ее. - У кого из детей что-то еще помимо вышеупомянутого диагноза? Астматики есть?
- Да. Один, - отвечает Ульяна.
- Ингалятор? - спрашиваю.
- Практически на нуле уже. Под землей Саше особенно трудно дышать. Да и ингалятор уже был не полный. Никто ведь не знал, что вот так все обернется, - рассуждает Ульяна.
- Уходим от темы, - возвращаю девушку. - Сейчас тебе необходимо собрать всю провизию и воду, и держать только у себя! Распредели на равные части на семь дней. Если получится с запасом, то очень хорошо. И, повторяю, отвечаешь за выдачу провизию только ты! Ты одна, слышишь?
- Какие семь дней! - злобно шипит Ульяна. - Нас разве не завтра достанут?
- Слушай, что я говорю! - приказываю. - Отдай по две бутылки воды в каждую машину. Предупреди о расходе. Распредели остатки на ваш автобус на семь дней с запасом еще на день. Выдаёшь все по графику не менее трех раз в день. Но и не более! В одно и то же время! У детей должен быть режим. Как в школе. Завтрак, обед и ужин. Режим будет дисциплинировать психику. И не важно, что минимальным количеством. Отход ко сну в одно и то же время. Дообеденные занятия обязательны. Хоть чем. Но главное по режиму и по расписанию. Ты принимаешь еду и питье так же, как и они три раза в день! И не смей на себе экономить! Это не игра в благородство! А способ выжить! У детей должен быть хоть один адекватный взрослый вокруг! И этот взрослый ты! Поэтому ты должна и есть и пить наравне с ними, и даже больше! Поняла меня? Скажи, что поняла! - настаиваю.
- Да, - отвечает она, а потом спрашивает. - Почему я должна отдать столько воды тем пострадавшим из остальных машин? Нам самим едва хватит!
- Если не хочешь получить ярко выраженную агрессию от посторонних, делай то, что я говорю! Я пока еще ничего не знаю о тех незнакомцах, с кем ты там застряла. Но я узнаю! Совсем скоро! И дам дальнейшие инструкции!
- Хабиб... - пытается заговорить Ульяна, но я понимаю, что лучше сейчас отключиться. Так будет полезнее для психики: и ее, и моей.
- Завтра будь в это же время в месте откуда дозвонилась. Я выйду на связь сам или ты наберёшь. Если ситуация не меняется в худшую сторону, то не звони досрочно! Только в указанное время! Экономь заряд телефона. Никаких звонков родителям. Мы сообщим, что все дети живы! Все телефоны держи у себя! Излишние диалоги с родными лишь расшатают психику детей!
- Да, телефоны я забрала сразу. Да они и не ловили нигде! Только один! Совершенно случайно.
- Что за место? - спрашиваю.
- Правое крыло под самым потолком.
- Я понял. Всё, отключаюсь. Иди ложись спать...
- Хабиб! - просит Ульяна еще немного поговорить с ней.
- Я вытащу тебя! - уверенно говорю и сбрасываю.
Второй пилот продолжает пялиться на меня.
- Коллега? - интересуется он.
- Жена, - отвечаю.