Иван хоть и молчит, но все понимает. Я начинаю ходить рядом и пинать уже просто грязь, потому что не нахожу ничего другого.
- Это ужасно оказаться по ту сторону, - шепчу и обхватываю голову уками. Имею ввиду, как из спасателя резко стать потерпевшим... как все эти людим вокруг. - Я ведь не могу обмануть сам себя и вселить в голову глупые надежды, - прячу руки в карманы брюк. - Я знаю, что они все могут погибнуть там. Потому что видел это уже сотни раз. Только тогда - это была моя прямая работа. И обязанность помогать тем людям, чьи родные пострадали или погибли. А сейчас...Кто-то должен помочь мне! Но здесь такого человека нет! - громко заявляю. - Потому что я, сука, психолог МЧС! И видел столько говна, что невозможно мне что-либо сказать, чтобы я успокоился! Поэтому есть только один человек, кто поможет мне.
- И кто же он? - спокойно интересуется Иван.
- Это я, - отвечаю. - После того, как Ульяна выйдет на связь, я созвонюсь с Сергеем и он мне вышлет все трубные пути поблизости. Какая-то из них, по-любому, будет проходить вблизи с тоннелем. Или, еще лучше, под ним.
- Этот тоннель нужен был лишь для того, чтобы безопасно преодолевать расстояние около обсыпающихся гор! - напоминает Иван. - Какие еще трубы? Ты о чем?
- Тоннель старый! - мои глаза загораются азартом. - Должна быть труба под ним! Хоть одна! Для спуска воды, например.
- Да ты представляешь, сколько лет этой трубе? - кричит Иван. - Даже если она там есть, нельзя детей выводить по ней наружу! Узкое, замкнутое пространство для коррекционщиков - прямой фактор для приступа паники. А там и остановка дыхания!
- А я и не собираюсь, - успокаиваю Ивана. - Это я по ней приду к ним!
- Но зачем? - ничего не понимает Иван.
- Потому что Ульяна поделила воду только на семь дней. С учетом похолодания, которое уже произошло, дети начнут болеть! И воды на семь дней не хватит! Я попробую донести к ним лекарства и воду! И не забывай про мальчика с ингалятором! Ему он нужен в любом случае!
- А говоришь, что плевать на остальных, - ухмыляется Иван. - Ты таким никогда не был и не будешь. Но план твой все равно отстой! - психует Иван. - Что за труба? В каком она состоянии? А если тебя засыпет в ней?
- Не засыпет! - утверждаю.
- Я против! - говорит Иван.
- Я не спрашивал у тебя разрешения! - напоминаю. - Я сказал, что завтра пойду и найду эту трубу, и по ней добираюсь под тоннель!
- А дальше? А если люк запаян? Взрывать нельзя! - артачится Иван. - Новая ударная волна может спровоцировать еще один оползень, - подмечает он.
- Я могу выбить его!
- Да он уже намертво прирос за эти десятилетия! - теперь уже Иван выходит из себя.
Я начинаю усиленно думать.
- Я залью его кислотой и она разъест металл! - нахожу вариант
- О Боже! Ты больной реально! Да ты задохнёшься от паров газа! Все легкие сожжёшь, придурок!
- Я все равно это сделаю! - не меняю решение. - Надену защитную маску.
- Ты не можешь просто подождать? - злится Иван.
- Не могу, - честно признаюсь. - Я должен там быть! Вместе с ней!
- Она справится! - отвечает Иван.
- Она справится, да! - не спорю. - А я нет! Я зависим от нее и даже болен. Только она еще об этом не знает!
- Ты, сука, гребанный маньяк!
- Так и есть. Подавленный мной лично... Но, похоже, не до конца! - признаюсь больше сам себе нежели Ивану.
- Бред! - вспыхивает Иван и берется за голову. - Какой бред!
- Хорош причитать, - впервые за долгое время улыбаюсь. - Лучше собери мне все по списку. Утром выдвигаюсь, - пихаю Ивану лист бумаги. Друг отнекивается и не хочет брать, но я настаиваю.
- Ты дебил просто, - бубнит Иван, но все же читает список. - Антибиотики должны быть в мед палатке, - добавляет он. - Я найду.
- Завтра в шесть, - предупреждаю. - Уже светло будет. Встречаемся около штаб палатки.
Через полчаса Ульяна вышла на связь. По голосу я понял, что она заболела, но специально сделал вид, что не заметил. Нельзя тратить заряд телефона на переспросы и уточнения. Я предупредил ее, что завтра ближе к вечеру буду уже внутри тоннеля. Она все ждала, когда мы сможем поговорить без этих профтерминов. Как нормальные люди. Но...я действовал по привычной схеме. Минимум лишнего, все только по теме. Интуитивно догадывался, что Ульяна хочет услышать что-то личное. Хотя бы банально мое признание в чувствах. Но если начну говорить о высоком - сломаемся мы оба!