22.Хабиб
После двух таблеток снотворного я уснул быстро. Будильник на пять часов услышал не сразу. Может, оно и хорошо. Я выспался и чувствовал себя прекрасно.
- Доброе утро, Хабиб! - поприветствовал меня Ефим Петрович около служебной машины с привычной надписью МЧС. - Иван попросил отговорить тебя от этой безумной затеи! - сразу признался он. Я грозно посмотрел на Ивана, который тут же попытался спрятаться за Ефима Петровича.
- Поехали! - кратко обратился я к руководителю спасательных работ без лишних разговоров. - Вы сейчас сами все увидите. Сергей скинул новые данные.
Ефим Петрович нехотя, но все же уселся за руль. Я расположился рядом, а Иван прыгнул на заднее сиденье.
- Тут всего пару часов проехать надо, - открыл я геолакацию. -Ты собрал всё, что я просил? - обратился я к Ивану. Тот протянул мне рюкзак, доверху набитый водой и лекарствами.
- База, это Сокол! Прием! Как слышно? - решил я проверить рацию. Она сначала напряжённо молчала, но потом все же появился ответ.
- Сокол, это база. Слышу вас хорошо.
- Ну и как его отговорить? - переглянулись Ефим Петрович с Иваном. - Ты же видишь! Он не в себе!
Практически молча мы преодолели расстояние в десятки километров. Не знаю кто о чем думал, но я размышлял лишь о том, что у меня все обязательно получится! Хотя недовольное пыхтение соседей заполнило весь автомобиль. Громче всех пыхтел Иван.
- Красиво здесь, - вдруг неожиданно произнёс я, переполненный новым эмоциональным чувством. Надеждой! Утреннее весеннее солнце так светило в глаза, что пришлось надеть солнечные очки. Мои коллеги лишь буркнули что-то невнятное в ответ, а я продолжал рассматривать окрестности. Восток России не похож на другие регионы. Весна хоть и пришла, но все же затемнённые от гор земли слабо ей подчинялись. Все чаще местами лежал плотный снег и лишь его верхушки сделались влажными из-за отсутствия стабильных холодов.
- Ну и где здесь эта труба? - впервые за всю дорогу заговорил Иван.
- Еще немного, - опустил я глаза к экрану телефона. - Сто метров.
Высокие колеса служебной машины легко преодолевали заснеженную степь. Я бы ехал быстрее, но Ефим Петрович никода не рисковал. Насмотрелся он уже в своей жизни на последствия необоснованного риска...
- Все, - громко сказал я. - Здесь!
Машина остановилась и я, подобрав рюкзак и натянув шапку до самых бровей, выскочил прямо в белый снег.
- Смотрите! - указал я на рыжий облезлый кусок, торчавший из-под земли.
- Боже! - не удержался Иван, что оказался рядом. - Да это ...какой-то сгнивший шмат железа. Там и от трубы то ничего не осталось!
- Все с ней нормально! - осадил я друга. - Ефим Петрович, сюда идите! - почти приказал я руководителю чс.
- Ну, проход не забит, - присел он на корточки и стал вглядываться в темное отверстие. - Но, скорее всего, далее начнет сужаться.
- Я знаю, - не спорю и присаживаюсь рядом, а потом начинаю светить фонариков в отверстие. - Выглядит очень даже не плохо, - добавляю на позитиве. Иван с опаской вглядывался в хитрую темноту внутри ржавой трубы.
- Как в фильмах ужасов, - произнес он обреченно.
- Вот, - протягиваю свой мобильник руководителю спасательных работ. - Сегодня Ульяна выйдет на связь. В то же время, что и вчера. Завтра, вероятнее всего, уже я буду общаться с вами прямо с места чс, - встаю и Ефим Петрович поднимается следом.
- Теперь слушайте внимательно, - обращаюсь к ним двоим совершенно серьёзно. - Никаких подробностей моего пути она знать не должна! В том числе и о трудностях, которые могут все же возникнуть. Общаться вы должны строго по делу! Уточнять количество вновь заболевших и количество оставшихся припасов. И больше никакой информации обо мне! Я буду выходить на связь каждые два часа и докладывать обстановку. С учетом того, что продвигаться я буду сначала быстро, а потом уже нет, то, по моим расчётам, завтра к вечеру я буду уже там.