— И как доказать? — осторожно спрашиваю.
— Роди Ильдару сына.
15 глава
Вокруг тайга и ни души. Сказать, что мне не по себе, ничего не сказать. Страх стискивает сердце и заставляет держать нос по ветру. Кто ж знал, что для зачатия наследника дед Ильдара отправит нас сразу же в уединенное место, где никто нам не будет мешать.
Кошусь на Ильдара. Он уверенно ведет большой джип, которому не страшны бездорожье. На лице нет никаких эмоций. Видимо все переваривает внутри себя. Покорность с решением деда меня удивила. Я почему-то думала, что Ильдар будет яростно спорить.
— Почему ты ничего не сказал деду? — не выдерживаю тягостного молчания в машине.
— А что я должен был сказать? — косится в мою сторону, усмехается. — Рассказать всю правду о наших с тобой отношениях? Про наш фиктивный брак? Или про то, при каких обстоятельствах мы познакомились? Уверен, он бы увлеченно послушал.
Прикусываю губу, отворачиваюсь к окну. Сложно представить, как отреагируют родственники, узнав, что между нами вовсе не любовь с первого взгляда, а желание докопаться до правды. Мне и Ильдару интересно, кто нас подставил и с какой целью.
Время идет, детали стираются, боль утихает и уже произошедшее кажется каким-то кошмаром, а не случившимся фактом. Чего лукавить, я уже иногда задумываюсь, а сумеем ли мы докопаться до истины, ведь не так просто сейчас восстановить преступление по шагам. И кто нам даст документы о деле, чтобы посмотреть работу правоохранительных органов.
— Как думаешь, мы сумеем узнать, кто нас поставил в двусмысленную ситуацию в отеле? — поворачиваю голову в сторону Ильдара. Он хмурится, сосредоточенно глядя на дорогу.
— Я надеюсь, что узнаем. Не все идет так, как хотелось бы, но все равно докопаюсь до правды. Чем больше я думаю о том днем в отеле, тем больше меня гложут сомнения. Постоянно задаюсь вопросом, кого хотели подставить: тебя или меня.
— Конечно меня! Убили в соседнем номере моего мужа, а не твоего любовника!
Ильдар выгибает бровь, при этом не кидает в мою сторону гневные взгляды за сказанное. Но ведь правда, с какой стати кому-то подставлять Салиховича? Может позже преступник планировал вымогать у него деньги за молчание? Слишком сложно и мудрено.
— Ладно, — со вздохом поворачиваюсь к мужу. — Давай просто отдохнем эти пару дней на природе, и не будем думать ни о чем.
— Предлагаешь заняться тем, из-за чего нас в эту глушь сослали? — иронизирует Ильдар, криво улыбнувшись. — Тебя будет в ближайший месяц задалбливать вопросами по поводу беременности.
— А ты вообще как относишься к мысли стать отцом?
— Никак. В моем мире ребенок это пунктик, возле которого нужно со временем поставить галочку. И желательно, чтобы родился сын.
— Ну, а если убрать этот пунктик, то сколько бы ты хотел детей? Одного? Двух?
— Пятерых, — ерничает Ильдар. — Как единственный ребенок, мне всегда хотелось иметь братьев и сестер. Я бы с удовольствием со своими детьми ездил на пару дней в тайгу, ходили в походы, охотились вместе. Мне бы хотелось им показать мир, который их окружает. А еще хотел, чтобы они росли как обычные дети, без оглядки на статус, без груза ответственности. Но это всего лишь мечта, — поворачивает голову в мою сторону и улыбается.
Мне становится грустно. Грустно не о того, что не рожу ему пятерых детей, я и не планировала столько иметь наследников, а грустно от того, что с его семьей это действительно несбыточная мечта жить обычной жизнью.
Ильдару только и остается просто представлять, как могла бы проходить его обычная жизнь: уютные семейные вечера, совместные праздники, воспоминания, которые можно передавать из поколения в поколение.
Однако, в семьях, где все четко по плану расписана каждая секунда, сложно спонтанно организовать посиделки, поездки, пьянки. И я четко ловлю себя на том, что не соответствую критериям семьи Ильдара. Им сложно будет принять меня немного простоватую, несмотря на то, что и не совсем бесприданница. Мне будет трудно жить по заведенному порядку, не смея шагнуть ни вправо, ни влево.
— Когда мы разведемся, ты женишься на Малике? — тихо спрашиваю, чувствуя, как сам вопрос доставляет мне дискомфорт.
— Если к тому времени дед не найдет мне другую партию по своим интересам.
— А как же твои интересы?
— Мне позволено сейчас, жить по своим интересам, — Ильдар сбрасывает скорость, только после этого обращает на меня внимания. — Давай действительно хорошенько отдохнем, прежде чем вернемся в цивилизацию с ее проблемами.
— Хорошо.
Переключаюсь на то, что вижу за окном машины. Вместо палатки впереди стоит вполне приличный одноэтажный деревянный домик. На крыльце нас ожидает мужчина в зеленой форме. Наверное, это лесник. Когда Ильдар глушит машины и выходит, он спешит к нему. Мужчины пожимают руки, судя по широким улыбкам рады увидеться. Я тихо вылезаю из машины, но под ногами хрустит ветка, поэтому эти двое сразу на меня обращают внимания.
— Иман Адамович сообщил мне, что ты приедешь с женой. Красавица, — лесник приятно улыбается, уважительно кивает. Я смущаюсь пристальному вниманию постороннего мужчины. Тоже киваю.
— Мы на пару дней, как говорится, хотим уединиться.
Ильдар двусмысленно окидывает меня пожирающим взглядом с ног до головы. Лесник замечает этот взгляд, хмыкает. Стыдно становится мне, потому что я на секунду забываю, что все это игра. А тело молниеносно реагирует.
— Надо на Мальдивах уединяться, а вы в тайгу. Хотя, — мужчина хитро улыбается. — Ребенок зачатый здесь точно родится настоящим мужчиной.
— А если будет девочка, в детдом отдать? — не упускаю возможность тыкнуть этих мужланов за желание иметь только наследников.
Лесник теряется, вопросительно смотрит на Ильдара, то с улыбкой качает головой. Они переглядываются, хмыкают и вместе направляются к дому. Мне ничего не остается, как последовать за ними, так и не получив ответ. Из-за чего до трясучки раздражена.
Дом, в который мы заходим, с первого взгляда производит впечатление уюта, несмотря на скромные метры. Пока мужчины что-то свое обсуждают, я успеваю заглянуть в ванную комнату, тут и душ и ванна, что приятно удивляет. В спальне обнаруживаю двуспальною кровать. На первый взгляд двое вполне могут с комфортом разместиться, однако, в поместье Салиховича в нашей спальне кровать была настолько огромной, что мы за ночь ни разу не оказывались рядом друг с другом. В доме кроватка имела скромные размеры, и дед видимо знал об этом. Тут возможно спать вдвоем только в обминку.