Держался хозяин дома несколько самоуверенно:
— Чем могу помочь, офицер? — спросил он нагловатым тоном.
Седрик недовольно хмыкнул и, не спрашивая разрешения, шагнул внутрь, оттеснив его плечом в сторону.
***
Последующие события всплывали в памяти Седрика обрывками. Он выскочил из дома с трясущимися в конвульсивной дрожи руками. «Что делать? Что делать?» — стучало в висках навязчивым рефреном. Сердце колотилось с бешеной частотой, тело сотрясалось в лихорадке.
Морозный воздух обжигал горло. Каждый вдох ранил легкие. Пространство колебалось, сознание плыло, растворяя границы реальности. Желая позвать на помощь, Седрик метал взглядом по дневной улице. Но она застыла в мертвенной тишине. Никто даже не выглянул из своего дома, испуганный выстрелом.
«Надо вызвать Уоллеса и Фицджеральда!» — внезапно сообразил Седрик и бросился к телефону-автомату. Распахнув дверь кабинки, он схватил телефонную трубку… Тут его взгляд упал на перчатки: пятна крови пропитали кожу позорными клеймами. Он судорожно стал тереть темнеющие разводы пальцами. Но они лишь расплывались и становились только шире, словно насмехаясь над его попытками.
Кровь никогда не лгала. Она оставалась на его руках немым обвинением. Напоминанием о каждом деле. Вчерашний Седрик лишь презрительно фыркнул бы, заметив эти пятна. Но сейчас в нем что-то сломалось — кровавые узоры будто жгли кожу под перчатками. Где-то в глубине, под слоем цинизма, проснулось то, что казалось давно похороненным: воспоминания о том первом разе в офисе Уайатта.
В памяти замелькали кадры: сдавленный хрип связанного человека, тупой звук ударов, окровавленные руки Майлза, движущиеся словно сами по себе…
Он прижался спиной к стенке будки, стараясь заглушить рвущуюся наружу панику. Непослушными пальцами набрал знакомый номер. Но, услышав в трубке голос Фицджеральда, не сразу смог объяснить ему, что случилось.
Когда подручные наконец приехали, Майлз, едва не упав, бросился к их машине и стал сумбурно рассказывать, что произошло. Он путался в словах, как в охотничьих сетях.
— Не бойся, Сед, — Уоллес успокаивающе положил руку ему на плечо. — Мы с этим разберемся!
Оставив помощников на месте преступления, Седрик побежал к своей машине. Желая лишь одного — как можно скорее уехать от этого дома, который теперь казался ему обителью ада. Он залез в автомобиль, достал из бардачка тряпку и наспех обтер ею перчатки. Но всю дорогу его преследовал тошнотворный сладковатый запах крови.
Глава 18
Ночью заснуть не получилось. Перед глазами мелькали сцены прошедшего дня. Все произошло так быстро, что Седрик не успел пережить и осознать события. Теперь же, на грани сна и бодрствования, из подсознания стали всплывать страшные картины.
Он по-прежнему не мог вспомнить подробности того, что случилось. Как и раньше, мозг блокировал шокирующие детали, но они прорывались в виде странных образов и бессвязных видений. Последнее, что ему явилось — это семейная фотография, которую он, должно быть, видел где-то в доме должника. На ней были запечатлены девочка-подросток и мужчина лет сорока пяти. Его образ почему-то вызывал у Майлза настоящий ужас.
Он пытался понять, что из всего этого является воспоминанием реально произошедшего, а что — просто плодом фантазии воспаленного разума. Фотография, кровь на перчатках, телефонная будка... И что-то еще, какая-то ускользающая деталь, которую он никак не мог выудить из памяти.
Вконец обессилев, Седрик зарылся лицом в подушку. Он пытался спрятаться от навязчивых видений, но они не оставляли его до самого утра. На службу он отправился невыспавшимся и весь день провел в прострации. Он боялся узнать правду, будто она могла полностью уничтожить его. Поэтому так и не спросил у своих подручных, куда они дели труп должника.
Вечером же Майлз, как всегда, заехал за Нэйтаном, и тот сразу заметил, что друг не в себе. Седрик рассказал ему то, что смог.
— Так ты не помнишь всего, что там случилось? — спросил Уайатт-младший, пытаясь заглянуть ему в глаза.
— Нет, — помотал головой Седрик. Глухая, стеклянная пустота наполняла сейчас его душу и все пространство вокруг.
— Эти Уоллес и Фицджеральд, должно быть, избавились от тела?
— Должно быть, — машинально кивнул Майлз и закрыл лицо руками.
— Успокойся, приятель. Никто тебе за это ничего не сделает. Я поговорю с отцом и попрошу его не наказывать тебя.
— Да не в этом дело! — взорвался Седрик, убирая руки от лица и наконец решившись прямо взглянуть на Уайатта.
Нэйтан пару секунд внимательно изучал его.
— А-а-а… — протянул он, догадавшись, в чем дело. — Так ты раньше никого не убивал!