Седрик уставился на молчащий телефон на тумбе рядом с кроватью. Затем позвонил Нэйтану. Словно насмехаясь, трубка издавала протяжные гудки, откликнувшиеся где-то в сердце.
«А что если, он был в офисном здании вместе с отцом?!» — подумал Седрик, быстро бросив трубку на место, словно обжегшись.
Меньше всего на свете он хотел вот так потерять самого близкого, не так давно обретенного друга. Седрик закрыл лицо руками, как бы прячась от своих жутких фантазий. «Нет, только не Нэйтан!» — думал в ужасе он.
Ему вспомнился их диалог в машине в начале прошлого лета, когда пьяный Уайатт вдруг разоткровенничался:
— Ты не такой, как все мои друзья. Мне кажется, тебе действительно плевать, насколько у меня привлекательная внешность, и сколько денег мне дает отец. Ты какой-то... Настоящий.
Седрик лишь привычно пожал плечами.
— Не скромничай! — воскликнул Нэйтан. — Ты действительно можешь быть по-настоящему верным другом. Неужели никто этого до сих пор не заметил?
Седрик молчал.
— Почему ты совсем один? — Нэйтан приблизился к Майлзу. Древесный аромат его одеколона, запах алкоголя и табака заполняли все пространство салона. — Ты сам выбрал себе такую судьбу или что-то случилось? Я имею ввиду не травлю в участке.
— Нэйтан, — Седрик слегка отстранился. — Это долгая история.
— Мне торопиться некуда.
— Ладно, — согласился Седрик. — Я расскажу тебе все про офицера Каннингема…
Седрик вздохнул, отпуская эти воспоминания. Он сидел неподвижно какое-то время, собирая мозаику из отрывочных мыслей. Решив, что делать выводы рано, он попытался дозвониться Уоллесу и Фицджеральду. Но они тоже не отвечали. Одиночество, которое сейчас ощущал Седрик, заполняло комнату и поглощало его.
В какой-то момент он решил пройти на кухню. Открыл холодильник и понял, что почти вся немногочисленная еда в нем была безнадежно испорчена. Да и что там хранилось? Пара сэндвичей, овощи для салата и упаковка куриного филе в морозилке…
Что-то было не так с его аппетитом — тот как будто совсем пропал. Словно тело Седрика отказывалось принимать пищу. Наверное, все дело было «в голове», но разбираться с этим не хотелось. Проще было не есть.
Выбросив испорченные продукты и открыв форточку, чтобы проветрить помещение, Седрик подумал, что лучше выпить кофе. Он подошел к кофеварке и насыпал туда необходимые количество ароматного порошка. Но внезапная боль в голове заставила его нажать пальцами на виски. Ужасно хотелось закричать. Но не из-за мигрени. А из-за... тоски?
Глава 23
Он мог оставаться дома еще несколько дней. Но найти себе здесь успокоения у него не получалось. Беспросветное неведение и непонимание убивали его. Он еще и еще раз звонил по знакомым номерам. Безрезультатно.
Однажды он услышал звонок и стремглав бросился к телефону. Из трубки донесся знакомый голос. Но вовсе не тот, который он ожидал:
— Офицер Майлз, — произнесла девица из отдела кадров с некой укоризной. — Вы выйдете на службу в положенный срок?
— Да, — гаркнул Седрик зло и разочарованно. — Куда же мне деваться? — И бросил трубку на место.
Но этот звонок дал Седрику возможность снова почувствовать себя живым. Ведь до этого он был словно привидение, застрявшее между мирами. Как если бы погиб от пуль того спецназовца.
И вот настал день выхода на службу — спустя больше двух недель после рейда. Физическое состояние Седрика позволяло ему вернуться к работе. Однако его все еще прожигал ужас перед тем, что его ожидало. Он подавил этот огонь, как мог, поймал такси и отправился к офисному зданию Билла Уайатта, чтобы забрать служебную машину.
Он жалел, что не спросил звонившую девицу о судьбе своего автомобиля. «Но ключи же передали вместе с личными вещами при выписке», — подумал Седрик, сжимая в кармане гладкий металл брелока. — «Значит, машина все еще там, на парковке». Вопрос, почему ее не эвакуировали за две недели, отступил на второй план, когда Седрик поднял голову.
Здание Уайатта застыло в молчаливом упадке. Оно напоминало разоренное гнездо — скорее змеиное, чем птичье. На четвертом этаже зияло окно без стекла, желтая лента полицейского оцепления опоясала вход, а ведь там, внутри, еще были испещренные шрамами от пуль стены... Седрик резко дернул плечом, как от удара током — от здания веяло смертью и пустотой.