Но офицер и не знал, каким он был сейчас, и чью сторону ему стоило бы выбрать.
В раздумьях, Седрик бросил взгляд на свой мундир. Форменный пиджак казался черным под тусклым светом из окна. На левом кармане по-прежнему гордо сверкал серебром полицейский значок. Если бы не перчатка, металл отзывался бы льдом под кончиком пальца. Седрик водил им по краю, словно по чашке, гадая на кофейной гуще. Майлзу предстояло сделать выбор: остаться на стороне закона, надев наручники на Уайатта, или окончательно слиться с преступным миром, защитив бывшего босса от ареста. Этот значок, когда-то символ чести, теперь казался цепями, сковывающими его душу. Он звал ввысь и манил в пропасть одновременно.
Майлз нервно сел в кровати. Металлический каркас, похожий на тюремные решетки, издал пронзительный скрип.
В любом случае, Уайатта-старшего надо сначала найти. Ведь если Майлз не доберется до него, Билл может исчезнуть навсегда, оставив бывшего подручного один на один с правосудием. И Седрик никогда не узнает, где Нэйтан…
Решение, с чего начать поиски бывшего босса, пришло почти мгновенно. Седрик, единственный в полиции, знал тайный адрес одного из людей Уайатта — Чарльза Нилтона, гангстера-модника. Когда-то он выдал Седрику свое скромное убежище. Эта была неприметная квартира в одном из захолустных районов города.
Офицер вскочил с кровати и надел пальто, решив спрятать под ним ремень с кобурой. Сунул ключи в карман и направился к входной двери. Хорошо, что ищейка пока не будет мешаться под ногами.
***
— А, это ты, Майлз! Давно не виделись! — Нилтон открыл дверь почти сразу, как только глянул в глазок. Слишком опрометчиво, как подумал Седрик, но Нилтон ведь всегда был не шибко осмотрительным. А еще Чарльз явно не знал о том, что Седрик в ночь рейда находился в офисном здании Уайатта. Иначе разговор начался бы по-другому.
Квартира встретила его удушливой смесью синтетических ароматизаторов и спертого воздуха. Грязный ковер у входа, пыльные полки и черно-белый телевизор на покосившейся тумбе создавали картину неприглядной реальности за личиной пижона. Они ясно показывали: даже такой человек, как Нилтон, может жить в полном беспорядке, когда мир вокруг переворачивается.
Офицер пристально посмотрел на него. Сейчас бандит был одет скромнее обычного. Наверное, надел на себя то, в чем будет удобнее при необходимости бежать. Однако крепкая цепь все так же угрожающе поблескивала на его брюках.
— Я думал, ты уже давно свалил отсюда. А теперь мы все здесь заперты, да? — продолжал Чарльз непривычным для него растерянным тоном и неловко опустился на потрепанный диван напротив телевизора. — Ты пришел предупредить, чтобы я спрятался куда-нибудь, пока твои «дружки» из полиции не нашли меня? — Нилтон усмехнулся и включил телевизор. — Но ведь я и так неплохо заныкался, правда?
Седрик внимательно слушал каждое слово Нилтона, но не отвечал на его болтовню. Набравшись смелости, он сделал пару шагов вперед. Схватил пульт управления с деревянного столика и выключил шумный «агрегат». А затем задал свой главный вопрос:
— Где Уайатт?
— Билл? — Нилтон явно удивился тону и поведению Седрика. — Я не в курсах. Из наших он вроде только Моррису сказал. Для безопасности. Хотя я думал, ты с ним. Или, по крайней мере, на связи…
Голос Седрика почти зазвенел от напряжения:
— Где можно найти Морриса?
— Так там же, где и всегда... — бандит назвал Седрику адрес, но затем вдруг насторожился: — Погоди, а зачем тебе искать Билла? Раз ты не знаешь, где он, то босс и не хочет, чтобы ты нашел его!
— Почему?
— Откуда мне знать, Майлз? Ты что, допрос мне устраиваешь? — вроде в шутку, но с проглядывающим раздражением спросил Нилтон.
Перед Седриком снова встал выбор. Словно зловещая загадка из мифов, которая требовала решения под угрозой вечной погибели. В голове завертелись картины возможного будущего:
«Вот я сообщу Нилтону об опасности и продолжу играть роль предателя перед лейтенантом… Пока не наступит разоблачение. А дальше: арест и тюрьма. Но есть и другой путь — настоящего предательства. Сдать… и стать живой мишенью для людей босса. Весть о том, что я продался мгновенно облетит город, превратив мою жизнь в кошмар! Каждый угол, каждый переулок станет потенциальной ловушкой, а каждый встречный — убийцей... Что же мне делать?!»
Выбирать надо было прямо сейчас. И хотя это было более, чем опасно, все же Седрик, сделав глубокий вдох, произнес:
— Чарльз Нилтон, если вы отказываетесь отвечать на мои вопросы, вам придется пойти со мной, и вас действительно будут допрашивать.
Седрик и блефовал, и говорил серьезно одновременно. Он по-прежнему не хотел сотрудничать с Родригесом и сдавать своих подельников. Однако в крайнем случае был готов пожертвовать некоторыми из них, чтобы найти Билла.